Баиловский сад

Как правило, в одном углу была вешалка, а вдоль стены стояли покрытый потёртой клеёнкой небольшой обеденный стол с табуретками или старыми стульями, газовая плита, разделочный кухонный столик с ящиками для ложек, вилок и тарелок и раковина с зеркалом для мытья посуды, умывания и бритья. А на подоконниках на старых треснутых тарелках стояли большие жестяные банки от консервов, в которые высаживали комнатные цветы.

Кто и когда строил этот дом, уже никто не помнил. Об этом ходили обрывочные слухи, а дети во дворе «по секрету» передавали друг другу, что в 1918 году в этом доме размещался турецкий штаб, и в трёх заброшенных подвалах в то время были камеры, где пытали и расстреливали арестованных.

Справа при входе в Валеркин двор находились четыре кабины общих туалетов. Жители двора иногда настолько неаккуратно справляли в них нужду, что туда невозможно было зайти, чтобы на что-нибудь не наступить. Всё это было не только видно, но и слышно, когда дворничиха тётя Люся раз в неделю приходила убирать туалеты.

Громким надрывным голосом закалённой в бесчисленных скандалах лячарки[9 - Крикливая баба], которая, как между собой говорили соседи, отсидела срок в лагерях и уже давно перестала чего-то бояться в этой жизни, тётя Люся каждый раз, не стесняясь в выражениях, вещала всему двору, что и о ком она думает, и грозила, что если она поймает ту суку, которая это делает, то он у неё «это говно жрать будет».

Утихомирить тётю Люсю никто из соседей не пытался. Причина её негодования и криков лежала на виду, и добавить здесь было нечего.

Поэтому соседи старались делать вид, что их это не касается и молча пережидали эти крики. Часа через два вопли и проклятья во дворе постепенно стихали, и после её ухода двор был тщательно выметен, а туалеты помыты и посыпаны хлоркой. Но проходила неделя, и всё повторялось.

Со временем состояние дворовых туалетов начало меняться к лучшему, но совсем не потому, что нужду стали справлять аккуратно. Некоторые соседи начали обустраивать отдельные туалеты с унитазами в квартирах или на пристроенных балконах.

Обладатели своих туалетов в общие кабины больше не ходили. Лет через пять-семь те, у кого таких туалетов не было, поделили между собой дворовые кабины, от которых за ненадобностью отказались обладатели личных удобств, и навесили на них замки, чтобы никакая зараза туда не срала. Тут и наступило бы облегчение для тёти Люси, но к тому времени, к сожалению, уже не стало её самой.