Бриллианты не навсегда. Роман, рассказы, эссе

В стране назначения недавно закончились волнения, и пришедшая к власти группа пытается показать демократический настрой, и если раньше туда могли въехать только международные благотворители и «Врачи без границ», то сейчас доступ открыт туристам и журналистам. Они хотели показать, что стрельба на улицах прекратилась, людей больше не воруют, и им можно наконец – то оказывать международную финансовую помощь.

Гражданский рейс с пересадкой производился туда только раз в неделю. Был приобретен профессиональный фотоаппарат и цифровой диктофон.

Я использовал знакомые шаблонны, как должен выглядеть журналист. За свой английский не беспокоился. Также, надо было подключить подходящие опции в роуминге.

Когда Никос передавал необходимые документы, бронь номера в отеле, контактный номер «нужного человека», чувствовалось его волнение. Он говорил, что мы начинаем большое дело, и как важно доверие в этом подлом сообществе людей.

Благодаря врожденному спокойствию, я не пустил сомнениям и страхам изменить мимику.

За день до отъезда, позвонил Лене, и рассказал историю о срочной командировке в Европу. Она искренне пожелала мне удачи и обещала скучать.

Как правило, человек внутренне накручивает себе предстоящую ситуацию, погружается в некие догадки, но на деле оказывается не так уж страшно. И в моем случае начало прошло как и у других пассажиров международных рейсов: Посадка. Полет. Пристегните ремни. Снижение. Отстегните ремни. Выход. Сообщение о прибытии на место.

4

Фокус ума состоит в том, что он слышит только свою интерпретацию услышанного, пренебрегая реальным смыслом заслушанного.

Тогда я поверил, что это тот самый шанс, который так редко даруется судьбой. Я заслужил его! Я всегда был честен и исполнителен. Сейчас, только спокойствие и серьезный деловой настрой. И вот она, награда – мечта ювелира – работа с настоящими алмазами!

Пройдя необходимые процедуры в здании, казенно обставленного и обшарпанного аэропорта, и получив в качестве приветствия белоснежную улыбку негра-таможенника, вместе с потоком пассажиров, попал через выход на улицу.

Воздух… рецепторы носа сигналили о чем-то необычном, отличном от столичного, родного. Нет он не был неприятным, скорее специфическим, и в нем сочетались если не сотни, то десятки разных оттенков. Жара… хорошо, что я позаботился о белой кепке с широким козырьком, и рубашке с длинным рукавом, иначе моя изнеженная кожа возмутилась бы серьезно покраснев.