Всё зачеркнуть. И всё начать сначала

Голос у исполнителя проникновенный, преисполнен сострадания и грусти. Девочки вытирают платочками слёзы, прижимаются друг к другу.

Сентиментальный возраст. Кто в девятнадцать лет не грезит о романтических чувствах? А у многих хватает своих авантюрных увлечений, закручивающих сценарии хлеще чем в Санта Барбаре.

– Спой ещё. Ну, пожалуйста!

Лёшка не отказывает – поёт.

Сегодня Маша не пришла. У неё очередная головокружительная любовь. Вот уже месяца полтора девочка сходит с ума от нахлынувших лавиной чувств.

Лёшка переживает: как бы глупостей не наделала. Но ведь он не отец, всего лишь друг.

Его песни сегодня не такие, как обычно. В них неразделённая любовь, страдания по упущенным возможностям, сожаления о не случившемся и утерянном. Таких песен в его репертуаре много, но раньше их было меньше.

Неожиданно в квартиру ворвалась Маша, растерянная, но решительная.

– Мне нужно с тобой поговорить, это срочно.

– Присаживайся, Машико. Я же не один, погоди. Куда так спешишь? Погоди, сейчас допою…

Ребята сразу засобирались.

Время позднее, а вид у Машки довольно растёрзанный. Никто ведь толком не знает, что у них за отношения. Вроде как с Ромкой девушка гуляет, а каждый день, после свидания к Лёшке спешит.

Кто их разберёт. С подругами своими переживаниями Машка не делится, а с ним…

Маша бежит на кухню, ставит чайник для отвода глаз.

Ужасно хочется заплакать, но она делает усилие над собой, не позволяя до поры расслабиться. Тем не менее, глаза наливаются влагой, а порывистые жесты свидетельствует о её возбуждённом состоянии.

Ребята прощаются поцелуйчиками, с некоторых пор такие действия вошли в обиход, пытаются шутить, а Маша прячет от всех покрасневшие глаза.

Скорее бы все ушли.

В воздухе повисло облако напряжения, точнее сгусток неконтролируемой энергии, готовой вот-вот разрядиться. Никому не хочется очутиться в эпицентре скандала.

Желание и дальше купаться в океане романтических эмоций навеянных голосом и звуками было, но даже любопытство пасует перед сигналами бедствия, посылаемыми девушкой.

Разошлись быстро.

Маша расплакалась, дав волю исступлённым переживаниям.

Лёша, нервно перебирая струны, молчит. Без слов понятно Машкино состояние. Не в его правилах лезть с расспросами. Если есть, что сказать, откроется сама.

– Я в душ, ладно? Не хочу, чтобы ты меня такую страшную видел. Дай халат.

– Машeym, дружище, ты же знаешь, что в этом доме нет такого рода аксессуаров. Манеры мне не свойственны.