Парадигма

Если Служба Безопасности Системы узнает о проблеме, то ее карьере конец, даже больше – ее жизнь будет окончена либо на виселице, либо в тюрьме.

– Нет. Ты не можешь! – она схватила доктора Джеймса за рукав. – Ты не скажешь им! Ты ведь знаешь, что будет со мной!

– Я даже не буду пытаться скрыть это! – он не смотрел на нее. Ему было сокрушительно стыдно.

– Этот дефект… – голос Илерии стал ровнее. – Что с ним именно?

– Пока ничего не известно, но будьте уверены СБС сможет разгадать эту загадку, – сказал доктор Джеймс.

 – От того еще опаснее скрывать подобное. Это нарушение закона. В лучшем случае за это грозит виселица.

– Эти остолопы слишком тупы, чтобы понять мою ситуацию, Артур! – Илерия прошла по палате и вновь схватила его, заставляя повернуться к себе. – Ты же сам говорил, что СБС не заметили ничего подозрительного! Просто отзови документы!

– Нет.

– Все что ты знаешь, Артур, дано мной! Ты даже вида крови боялся!

Доктор Джеймс поморщился и тут же отвернул от нее свое лицо.

Он никогда не смотрел, когда она лично бралась за работу. Все это вызывало у него лишь рвотные позывы.

– Мне было мерзко то, что Вы делали с ними.

Ее брови дернулись в удивлении. Через мгновение на лице Илерии появилась злая ухмылка, еще более страшная от синевато-белого шрама.

– Так как ты умудрился получить эту должность? А, Артур?

Ее волновал этот вопрос. Маленький маменькин сыночек всегда был посредственным на фоне однокурсников. Илерия даже не могла назвать имя «Артур» без ноток омерзения из-за той слабости, что исходила от его хозяина.

– Так как? Мама купила кого-то из банов? Кто из правления базы решился на такое?

Доктор Джеймс злобно осклабился:

– Вы всегда думали обо мне, как о мелкой занозе под Вашими великолепными ноготками! И все потому, что я работаю по-другому?!

Илерия указала на папку:

– Все это – ошибка. А если и нет, то система безопасности не распознала ее.

– А если узнают?..

– Дай мне время, и ты получишь не только должность бана, мой мальчик, но и возможность подняться выше.

Доктор Джеймс напрягся. Его пальцы, сжимающие папку, побелели. Одна только мысль о власти вызывала у него обильное слюноотделение.

Илерия знала его тщеславную душонку. Он желал золота, но был настолько слаб, что и за несколько жизней не доберется до вершины. Эта белая лестница усыпана змеями. А он боялся змей, но больше всего он боялся убивать их. Но не Илерия Грей… и ему это прекрасно известно.