Парадигма

Парадигма

Василина Широкова

Через три столетия после Третьей мировой в разделенном мире начал распространяться неосепаратизм. Идея суверенитета убеждений и территорий.Илерия Грей – идеальный Гражданин. Для своей страны она пример редкого гения и хладнокровия, для врагов – та, кто подлежит уничтожению.Ее идеалы казались нерушимыми, а мир делился на черное и белое, но после плена жизнь Илерии Грей раскололась. Она знала, что враг – незримый и опасный – наблюдает за ней. Но кто же он: система, террористы или же она сама?

Парадигма

Василина Широкова

© Василина Широкова, 2018

ISBN 978-5-4490-7702-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть первая

Тайны и Смерти Илерии Грей

Глава первая

В тот день, весной 2361 года, на окраине Зес в небольшом районе Кёрстер небо цедило мерзкой моросью.

Илерия Грей, еще трехлетняя девочка, не предполагала, что к вечеру старательно выращиваемая ею ромашка исчезнет. Исчезнет в огне.

Но как часто это бывает, она запомнила не ужас разрушительной войны, а всего один взрыв.

А туман памяти о тех днях заставил ее – девочку, а потом и женщину – воспринимать мир как игру. Он крутился словно разноцветная юла.

Даже когда она пыталась вспомнить свое детство, то перед взором вставала лишь ромашка, исчезающая во вспышке. Нет, то был не отец, погибший, по словам матери тогда же, прикрыв своим телом единственную дочь, малышку Илерию, а проклятые цветки под тенью дерева.

Люди, несмотря на события тех дней, все так же жили и умирали.

Так жила и она, гражданин особого значения, сейчас стоящая в ванной перед зеркалом, тупо уставившись в него. На миг показалось, что глаза этой двадцативосьмилетней женщины голубые. Абсурд, порожденный воображением. У нее глаза от рождения карие.

Пальцы пробежали по шраму на подбородке. Некрасивый, можно даже сказать уродливый, рубец шел по шее и заползал на лицо тонким щупальцем. Он болел. Постоянно. Как калеки ощущают фантомную боль в потерянных конечностях, так и ей приходилось мириться с зудящей пульсацией, сопровождаемой ступором, лишающим дыхания.

Меня раскатали.

Всегда одна и та же мысль. Она крутилась в голове, раз за разом, то усиливаясь, то утихая. Эти два слова сравнимы с мглой, слепой, как двухдневные котята.

Илерия Грей слышала эти чьи-то мысли, чуждые для нее, но одновременно знакомые. Они крутились, овивали ее извилины, сворачивались в незаметный клубок, как только возвращалась реальность.