Блабериды

После планёрки я собирался уделить полчаса Филино и комбинату «Заря», и у меня было хорошее предчувствие. А когда Неля доберётся до зоопарка, я переключусь на слоновьи запоры и после обеда снова займусь Филино. Таков был план.

Едва я открыл папку с филинскими документами, позвонил дольщик Игорь. Минут пять я терпеливо конспектировал его напористую речь. По словам Игоря, многие дольщики не подозревали, что их риски застрахованы, и теперь намерены обращаться в суды. Кроме того, планируются очередные слушания о судьбе спорного участка.

Жителей соседних домов умело подзуживают, рассказывая о прелестях благоустроенной Ильинской рощи, на самом же деле знакомый Игоря в прокуратуре прямым текстом сказал ему, что участки уже куплены под малоэтажную застройку. И если свалят их, «алмазовцев», то никакой рощи не будет, а будет коттеджный посёлок с трёхметровым забором.

– Не, главное, понимаешь, никто же толком не знал, что нам выплата положена… Мне вот откуда знать? Я работаю по шестнадцать часов.

У меня нет времени читать договоры. Вернее, мы же перезаключали договор в марте. Там уже, знаешь, напсихуешься, не читаешь всё до буквы.

Я перестал записывать и слушал из вежливости, подбадривая Игоря хмыканьем. Рассказав ту же историю по кругу, Игорь пошёл на третий заход.

– Если бы людям сразу сказали про страховки, мы бы не тратили время. Я бы лично забрал деньги.

Я перестал хмыкать и стал искать место в плотном частоколе Игоревой речи, чтобы обозначить своё понимание вопроса, но Игорь распалял себя всё сильнее.

– Игорь, Игорь, Игорь, – беспардонно заглушил его я. – Игорь, я понял ваш вопрос…

Он на секунду примолк, но тут же включился снова:

– Максим, да я, собственно, и хотел просто сказать, что дело же не в том, что мы там кому-то насолить хотим или лишнего взять, но, извините, если страховая содрала с застройщика миллионы, понимаешь, миллионы, а теперь просто нам показывает кукиш, знаешь, мы это так не оставим…

И снова завёл шарманку про слушания и коттеджи, разбавляя историю новыми подробностями.

Человек из прокуратуры сообщил Игорю, что один из участков купил посаженный в СИЗО вице-мэр.

– Игорь, – не вытерпел я. – Всё, я понял, мне нужно работать.

Моя речь наслаивалась на его, потому что Игорь, по-моему, держал трубку у рта и не очень слышал ответы. Всё же какие-то вибрации заставили его сделать паузу, но лишь на секунду.

– Я вас понял, Максим, – продолжил он.