Молчи, Россия, молчи! Полиция не дремлет

– Наша фирма, – говорил, уходя, мой гость, – может предложить вам, что угодно – граммофоны, готовое платье, кондитерские изделия, галантерею, и все это будет не какой-нибудь Жорж Борман, а самое русское, настоящее. Конечно, вас никто не принуждает, но если вы только захотите…

Грозное местоимение

Экс-министр торговли и промышленности Тимирязев объяснил стрельбу в рабочих на Ленских приисках тем, что рабочие предъявили политические требования, – например, чтобы их называли на «вы».

Сумерки окутали все углы фешенебельной квартиры его пр-ва.

Его пр-во – бывший глава министерства – со скучающим видом бродило из одной комнаты в другую, не зная, что с собой делать, куда себя девать.

Наконец счастье улыбнулось ему: в маленькой гостиной за пианино сидела молоденькая гувернантка детей его пр-ва и лениво разбирала какие-то ноты…

– А-а, – сказало, подмигнув, его пр-во. – Вот ты где, славный мышонок! Когда же ты придешь ко мне, а?

Гувернантка неожиданно вскочила и крикнула:

– Это что такое?! Как вы смеете говорить мне «ты»?!

Его пр-во было так изумлено, что даже закачалось.

– Ты? На… ты? А как же тебя еще называть?

– Это безобразие! Прежде всего, прошу называть меня на «вы»!..

Его пр-во побледнело как мертвец и крикнуло:

– Караул! Режут! Спасите, люди! Сюда!

В комнату вбежали жена, слуги.

– В чем дело? Что случилось?

«Наша Конституция – просят не дуть»

С ужасом на лице его пр-во указало пальцем на гувернантку и прохрипело:

– Революционерка!.

– Что за вздор? Какое требование?

– Говорит: называйте меня на «вы»!

* * *

С этого началось…

Его пр-во оделось для прогулки и позвонило слугу.

– Что прикажете?

– Тыезд мой готов?

– Чего-с?

– Тыезд, говорю, готов?

– Ты…езд?!

– Вот осел-то! Не буду же я говорить тебе выезд! Ступай, узнай.

– Так точно-с. Тыезд готов.

Его пр-во побагровело.

– Как ты смеешь, негодяй?! Я тебе могу говорить тыезд, но ты должен мне говорить – выезд! Понял? Теперь скажи – какова погодка?

– Хорошая-с, ваше пр-во.

– Солнце еще тысоко?

– Так точно-с, высоко.

– Ну, то-то. Можешь идти.

Спускаясь по лестнице, его пр-во увидело швейцара и заметило ему:

– Почему нос красный? Тыпиваешь, каналья.

– Никак нет.

– То-то. А то я могу тыбрать другого швейцара, не пьяницу. А зачем на лестницу нотый ковер разостлал?

– Это новый-с…

– Я и говорю – нотый.