Проклятье берсерка, или Чужая невеста

Сверр беспомощно метался в клетке подсознания, опасаясь, что в таком состоянии сорвавшийся с цепи волк убьет и Лию, но… не убил.

Зверь уже навис огромной тенью над распластанной на каменной плите девушкой и, капая слюной на обломки костей под лапами, оскалил пасть, намереваясь добраться до её огонька в уголке сердца и сожрать! Любая тьма потянется к свету! Даже такой, как он.

…Слабый, еле слышимый стон боли и сиплый вздох остановили волка.

Ярость схлопнулась и мгновенно отступила в закрома подсознания, отогнанная другим, совершенно новым и несвойственным для берсерков чувством – страхом потери и заботой.

Волк тряхнул мордой и заморгал, но наваждение уже въелось в кожу под шерстью и проникло в кровь, достигая чёрствого до чужих страданий сердца.

Сверр до этого момента и не знал, что их со зверем одно на двоих сердце еще живо и бьётся. Но то билось с каждой последующей секундой все быстрее, разгоняя ток крови по венам и заставляя туман гнева отступать.

Невозможно! Никому не под силу усмирить ярость проклятья берсерка!

Но Лие удалось.

Она сделала это даже неосознанно. Первая коснулась своим теплом промозглой тьмы, и это спасло ей жизнь…

Тотемный зверь заурчал в удовольствии: ему понравился огонь маленькой охотницы. Тот согревал, принося ясность в мысли. И зверю захотелось спрятать от опасности и сберечь это сокровище, поэтому он отступил, передавая контроль не менее ошеломлённому человеку.

Он лизнул бледную щеку Лии и завыл в тоске – так пронзительно, что заскулили в страхе разбросанные по гроту полумёртвые шакалы.

А затем дух волка растворился в лунном свете.

Тут же в пещеру спрыгнул нарк и громко предупреждающе зарычал на остальных выживших тварей, которые притаились в темноте грота и пока боялись высовываться. Но это пока.

Обнаженный после оборота Сверр поднялся на ноги, покачнулся и схватился руками за края плиты. Оборот всегда отбирал немало сил. Непонимающим взглядом берсерк скользнул по Лие и зацепился за расползающееся пятно крови на её боку, она уже потеряла сознание.

Вопросы потом, нужно было выбираться.

Он приподнял ткань длинной кофты и осмотрел рану: повезло, острие шипа пробило живот не глубоко, внутренние органы не задеты. Сверр выудил из сумки на нарке новый плащ, накинул на свои плечи и осторожно взял Лию на руки, забрался в седло Вальдера, предусмотрительно улёгшегося на пузо, и в один прыжок они выбрались наружу. Через несколько минут опомнились шакалы и кинулись за ускользающей добычей в погоню.