Несбывшееся (сборник)

«Хорошо, что взрослые там живут, их трудно напугать, – опять начал размышлять директор, – но, надеюсь, мы гостей остановим, предупредим и отобьём навсегда охоту сюда лезть…» А те, между прочим, уже протопали половину пути. Первым шёл высокий широкоплечий мужчина, в чёрных брюках навыпуск и такой же тёмной куртке. Он курил на ходу, пряча бычок в рукаве. Лица ещё было не видно, но до зэка оставалось метров сто, не больше. С разрывом в десять-двадцать метров за ним следовали ещё пятеро подельников.

До камня – метров тридцать, не больше, Виктор Сергеевич напрягся, как для прыжка. Он живо представил себе, как спокойно встанет во весь рост, держа в руках ружьё, скажет негромко, но внятно: «Стоять! Буду стрелять, если пойдёшь дальше!»

Увидел, как замыкающие группу зэки вдруг скомкали строй, начали сбиваться в кучу, их голоса крепли, уже отчётливо стал доноситься мат. Из леса с карабином в руках шёл Степан Петрович, рядом с ним, справа, Николай, в руках огромный пожарный багор.

Директор резко оторвался от камня, встал во весь рост, ружьё держал прикладом под мышкой, ствол направил прямо на впереди идущего зэка. Сказал довольно громко:

– Стоять! Буду стрелять, кто вздумает бежать!

– А кто тебе сказал, что мы будем бежать? – вдруг задал вопрос первый зэк. – Ты пукалку-то свою убери! На зону захотел? Пойдём, мы тебе покажем кое-что… – Он продолжал идти к камню.

Вдруг раздался довольно глухой выстрел, за ним сразу второй. Задняя группа заключённых попадала на землю, лицом вниз.

– Стоять! Ещё шаг и я стреляю! – высокий остановился, с любопытством смотря на директора и до сих пор не веря, что тот действительно выстрелит. Хотя два выстрела из карабина завхоза, видимо, отрезвили его, но на землю он, конечно, не упал, а круто развернувшись, пошёл к лежащим на траве подельникам. Виктор Сергеевич стал спускать с камня, держа на прицеле спину зэка.

Тот подошёл к свои корешам, сказал тихо:

– Что вы, суки, что ли? Попадали…

– Пасть закрой, – тихо сказал Степан Петрович, – щас 7,62 прямо туда забью… Сел, сел, говорю, на землю!

Видя, что дело принимает плохой оборот, высокий зэк опустился на землю, молчал, больше не сказал ни слова. Недалеко от него поскуливал маленький мужичонка, зажимал рукой кирзовый ботинок.