Несбывшееся (сборник)

«Чёрт, а ведь он похож на того вертлявого шестёрку, состоявшего при Бугре, – думал Степан Петрович, не веря своей догадке, – голос, ужасно похожий на того Налима голос… Неужели пробился в авторитеты? Не может быть, Бугор всё бы сделал, чтобы этого не произошло. А если это так, и он вот теперь нанёс последний удар по Василию, отомстив за кровную обиду… И капитан, конечно же, неспроста подбросил его кличку, может, надеялся, что я как-то смогу отомстить за Василия. Ведь он пошёл за меня, за наших детей, в конце-то концов…»

Он не стал делиться своими соображениями с директором пионерлагеря, хотел сначала переговорить с Михалычем, главным железнодорожником, которого все знают и который знает всех.

Помог случай: вечером начальник станции неожиданно приехал на своём «Москвиче» вместе с женой и двумя внуками на лесное озеро, решили искупаться, побаловать детишек. Ну, как тут не зайти в пионерлагерь, к старому товарищу. Заодно привёз авоську сигов, выловленных вчерашней ночью, килограммов пять, не меньше. До чего же хороша рыбка, северный красавец сиг поражал вкусом мяса, особенно икрой, обжаренной с луком.

– За рулём не пью, только в порядке профилактики принимаю соточку, не больше, – оправдывался железнодорожник перед женой. Внуки уже давно бегали с лайками по загону, играли и резвились не хуже молодых щенков.

– Ты бы предупредил, Михалыч, встретили бы как самого дорогого гостя, – Степан Петрович демонстративно сердился на друга, выставляя и раскладывая на столе бесконечные закуски.

– Петрович, не переборщи, мы заскочили на пять минут, чтобы, значит, свежих сижков передать, – говорил железнодорожник, удивляясь разносолам на столе.

– Оставайтесь, гости дорогие, места хватит всем: и малышне, и взрослым, – искренне сказала жена хозяина.

Мужчины вышли во двор, надо было перекурить, обменяться кое-какой информацией. Степан Петрович пошёл ва-банк:

– Михалыч, я знаю, кто Василия убрал… У нас здесь был капитан Жибрик, прямо не сказал, но намекнул… – И он в двух словах рассказал о промзоне на редкоземельном комбинате, где они сидели всей «честной компанией», и как Бугор отправил Налима обмывать и хоронить жмуриков, нанеся тому кровную обиду.

– Я тебя умоляю… – Михалыч аж скривился. – Хорошо, что живым оставил за такую подлость. Но у нас на стройке появился авторитет, тут ты прав. Продавщица в магазине сказала, что да как стали покупать зэки, пряники кто-то сильно полюбил, с брусничной начинкой.