Базар житейской суеты. Часть 4

Отчего же ты не изв?стилъ меня, Макъ?

– Ну, да в?дь мало-ли что говорится, языкъ безъ костей, не всякое слово въ строку, отв?чалъ Макмурдо. За какимъ дьяволомъ я сталъ бы изв?щать тебя обо вс?хъ этихъ пустякахъ?

– Н?тъ, братъ, ты поступилъ не по-дружески, Макмурдо, сказалъ озадаченный Родомъ.

И закрывъ свое лицо об?ими руками, онъ обнаружилъ такiе энергическiе признаки глубочайшей грусти, что старый его товарищъ почувствовалъ невольный припадокъ собол?знованiя и симпатiи.

– Hy, полно, полно, старина! сказалъ онъ.

Будь онъ чортъ или маркизъ, милордъ или дьяволъ, мы повалимъ его, дружище. Ну, а что касается до женщинъ, то много ихъ на одинъ салтыкъ, – пов?рь мн?.

– Ахъ, ты не знаешь, какъ я любилъ эту женщину! проговорилъ несчастный Родонъ. Я сл?довалъ за ней повсюду, какъ лакей, вс?мъ ей пожертвовалъ, нищимъ сд?лался изъ любви къ ней. Чортъ побери, я не разъ продавалъ и закладывалъ свои карманные часы, чтобы только угодить ея прихотямъ, а она?.

. Она отказалась прислать мн? на выручку сотню фунтовъ, тогда-какъ въ ея распоряженiи были тысячи, о которыхъ я и не зналъ.

И терзаемый порывами отчаянiя, которыхъ прежде никто и никогда не зам?чалъ въ немъ, полковникъ разсказалъ, въ безсвязныхъ выраженiяхъ, вс? обстоятельства и подробности этой исторiи. Маимурдо не проронилъ тутъ ни одного слова и, какъ опытный сов?тникъ, тотчасъ же р?шился обратить н?которые намеки въ его пользу.

– А что, братъ, в?дь пожалуй что она, въ самомъ д?л? невинная, сказалъ онъ.

Сама она утверждаетъ это. Изъ того, что ты вид?лъ ее съ милордомъ, еще ровно ничего не сл?дуетъ. Лордъ Стейнъ бывалъ у ней и прежде тысячу разъ.

– Можетъ-быть, можетъ-быть, проговорилъ Родонъ грустнымъ тономъ, – а вотъ что ты на это скажешь, любезный другъ?

И онъ показалъ капитану тысяча-фунтовый билетъ, наименный въ шкатулк? Ребекки.

– Это онъ ей далъ, Макмурдо, продолжалъ полковникъ. Я ничего не зналъ объ этомъ.

И съ такими деньгами она заставила меня сид?ть въ тюрьм? изъ-за сотни фунтовъ!

Капитанъ принужденъ былъ согласиться, что скромность этого рода им?стъ подозрительный характеръ.

Еще до начала этой конференцiи, Родонъ отправилъ капитанскаго деньщика на Курцонскую улицу съ приказанiемъ къ своему каммердимеру, чтобы тотъ вручилъ подателю узелъ съ платьемъ, въ которомъ полковникъ, щеголявшiй все еще въ бальномъ костюм?, очень нуждался.