Князь Тавриды

– Где же мы увидимся?

– Приезжай ко мне… в это же время…

– Хорошо… И это будет завтра же?..

– Этого я не знаю… Ты очень спешишь…

– Чем скорее, тем лучше… Я не успокоюсь до тех пор, пока все это так или иначе не кончится…

– Все кончится благополучно… – углом рта улыбнулась графиня. – Однако, мне пора… Мне еще надо во дворец.

Обе женщины снова крепко расцеловались.

Искренен был поцелуй только со стороны княгини Зины.

X. Анонимное письмо

Княгиня Зинаида Сергеевна на другой день аккуратно прибыла к своей «спасительнице», как она мысленно называла графиню Клавдию Афанасьевну.

Дом графа Переметьева находился на Невском проспекте, вблизи Фонтанки, следовательно, в очень недалеком расстоянии от дома Святозаровых.

Был прекрасный день ранней осени.

На дворе стоял сентябрь.

Подъехав к роскошному дому графа Переметьева, княгиня отпустила свою карету, приказав приехать за ней часа через три.

У подъезда дома она заметила карету графини.

– Ужели сегодня! – подумала княгиня и сердце у ней усиленно забилось.

Графиня Клодина ожидала ее действительно уже в шляпе и после первых приветствий объявила, что пора ехать. Княгиня покорно последовала за своей подругой.

Обе женщины сели в дожидавшуюся у подъезда карету и она покатила.

– Куда мы едем? – робко спросила княгиня.

– На Васильевский…

– Он там ждет? – тревожно воскликнула княгиня.

– Нет! Свиданье назначено не на сегодня. Боже мой, как ты дрожишь, успокойся или…

– Я не знаю, что со мной? Я ужасно боюсь.

– Боишься, разве я не с тобою…

– У меня какое-то тяжелое предчувствие близкой беды.

– Какой ты еще ребенок!

– Клодина, если он там не ждет, для чего же мы едем в такую даль, на Васильевский…

– Ты это узнаешь… – смеясь, ответила графиня.

Васильевский остров в описываемое нами время входил в состав города лишь по 13-ю линию, а остальная часть, вместе с Петербургскою стороною по реку Карповку, составляла предместье.

На десятой линии, куда привезла графиня Клавдия Афанасьевна княгиню Зинаиду Сергеевну, среди развалившихся хижин и заборов был лишь один почти новенький одноэтажный деревянный домик, весело выглядывавший из-за палисадника, освещенный мягкими лучами сентябрьского солнца.

Дом, казалось, необитаем. По крайней мере с переднего фасада пять его окон были закрыты ставнями и заложены болтами, открытыми оставались лишь окна, выходившие в большой двор и тенистый обширный сад позади двора.