Художник Алымов

– Пожалуйте за билетами в кассу, – сказал матрос, сдвигая борты.

– Я возьму всем? – сказал Алымов тоном вопроса.

– Не надо, – пробурчал Романыч, и они вдвоем отправились к кассе. Но, отойдя несколько шагов, Романыч вернулся и, остановившись около девушки, спросил, угрюмо потупясь и как-то вбок:

– Вам куда?

Девушка, как мне показалось, сильно побледнела. Что она сказала, я не слышал.

III

Когда я взошел наверх и опять поместился у капитанской рубки, мимо нас огромный и весь в огнях, точно буря, несся «Коршун».

Пока «Стрела» успела забрать полный ход, он вынесся вперед, и вскоре висевшая над его кормой, освещенная фонарем, лодка покачивалась иронически в воздухе, над клокотавшей пеной, в нескольких саженях перед нами. Впереди мелькали огоньки переката…

– Кончено, – сказал капитан с унылой злостью.

– Да, теперича уж он выскочил, по всем пристаням дойдет обирать, а в Ставрополе у нас никак погрузка.

– Нанесло их, чертей, – сказал капитан и запнулся. У самой рубки забелела фетровая шляпа Алымова.

Он без церемоний открыл стеклянную дверь и вошел в рубку.

– Ругаетесь? – сказал он беспечно.

– Не ругаемся, – ответил капитан не особенно приветливо, но все-таки подвигаясь, чтобы дать подле себя место пришедшему. – А что хорошего мало, это верно.

– А ловко мы вас взяли на абордаж, – не правда ли?

– Мало ли что. Это ведь отчаянность, – ответил капитан холодно и прибавил с внезапной злобой:

– Лодочника, подлеца, в каторгу мало! Ну, потопили бы вас, кто в ответе?

Алымов звонко засмеялся.

– Капитан в ответе. А теперь, спрашивается, за что? Когда же я отмахиваюсь вон еще отколе. Можете вы это понимать?

– Право, могу, – ответил Алымов смиренно.

– Плохо понимаете, видно… Вам вот все смех… К «Коршуну», небось, не пристали, – прибавил он с такой горькой укоризной, что Алымов совсем откинулся, заливаясь своим красивым звенящим смехом. По-видимому, это неуместное веселье грозило окончательно испортить отношения, но беспечный художник внезапно остановился и сказал совершенно другим тоном:

– Правда, что вам от правления поднесен серебряный рупор?

– Правда, – неохотно ответил капитан.

– Это вы в него так громко кричали? Чорт знает, точно из пушки.

Капитан промолчал.

– Ну, не дуйтесь. Хотите, я завтра с вас портрет нарисую?..

– Ну-у? – протянул капитан с оттенком радостного сомнения.

– Верно. Хотите с рупором?

– Нет, – скромно ответил тот. – Для чего еще с рупором. Хоть так бы.