Полное собрание сочинений. Том 20. Варианты к «Анне Карениной»

– Мгновенная?

Странно, несмотря на силу впечатл?нiя отъ этой смерти, а можетъ быть, и всл?дствiе ея, совс?мъ другое чувство, независимое, чувство симпатiи и близости промелькнуло въ глазахъ у обоихъ.[223 - Против этого абзаца на полях написано: Гагинъ вдругъ разчувствовался. Она внимательно смотритъ на него. И далъ денегъ.]

– Благодарю васъ, – сказала она. – Ахъ, какъ ужасно, – и они опять разошлись.

– Это дурной знакъ, – сказала она, и, несмотря на веселость Степана Аркадьича, возвратившуюся къ нему тотчасъ посл? того, какъ онъ потерялъ изъ вида трупъ, она была молчалива и грустна половину дороги.

Только подъ?зжая къ дому, она вдругъ очнулась, отворила окно.

– Ну, оставимъ мертвымъ хоронить мертвыхъ. Ну, Стива, очень рада тебя вид?ть и твоихъ, ну, разскажи же мн?, что у васъ съ Долли?

Степанъ Аркадьичъ сталъ разсказывать, стараясь быть великодушнымъ и осуждая себя, но тонъ его говорилъ, что онъ не можетъ винить себя.

– Почему же ты думаешь, что я все могу сд?лать? Я не могу, и, правду теб? сказать, Долли права.

– Да, но если бы Михаилъ Михайлычъ сд?лалъ теб? нев?рность.

– Вопервыхъ, это немыслимо, а вовторыхъ, я бы.... я бы не бросила[224 - Зачеркнуто: его] сына, да; но…

– Но ты, я знаю, устроишь.

– Я, вопервыхъ, ничего не знаю. Я ничего не буду говорить, пока Долли сама не начнетъ.

– Ну, я знаю, ты все сд?лаешь,[225 - Зач.: <Первая встр?ча.> <– Я пройду къ себ?, ты лучше одна…> – Ну, такъ я по?ду въ присутствiе. В конце рукописи на полях карандашом написано: Разумъ. Ужъ не Ордынцевъ.

Я теперь никогда не выйду. Отецъ понялъ, что Ордынцевъ пропалъ, и глупо придрался къ Гагину.] – сказалъ Степанъ Аркадьичъ, входя въ переднюю и переминаясь съ ноги на ногу.

Анна Аркадьевна только улыбнулась улыбкой, выражающей воспоминанiе о д?тскихъ временахъ, о той же слабой черт? характера и любовь ко всему Степана Аркадьича, со вс?ми его слабостями, и, скинувъ шубку, быстрыми, неслышными шагами вошла въ гостиную.

Когда Анна вошла въ комнату, Долли сид?ла въ маленькой гостиной, и сухiе съ толстыми костями пальцы ея, какъ у вс?хъ несчастныхъ [?] женщинъ, сердито, нервно вязали, въ то время какъ Таня, сидя подл? нея у круглаго стола, читала по французски.

Услыхавъ шумъ платья больше, ч?мъ чуть слышные быстрые шаги, она оглянулась, и на измученномъ лиц? ея выразилась улыбка однихъ губъ, одной учтивости; но св?тъ глазъ, простой, искреннiй, не улыбающiйся, но любящiй взглядъ Анны Аркадьевны преодол?лъ ея холодность.