Семейство Холмских. Часть пятая

Имя Фрипоненкова нигд? не упоминалось; вся форма, также сроки для резолюцiи, составленiя журнала и выдачи копiи съ производства д?ла – все было соблюдено. Съ негодованiемъ отбросилъ отъ себя судья вс? бумаги. "Но какимъ-же образомъ Повытчикъ, не дал?е, какъ третьяго дня, справлялся, и сказалъ мн?, что д?ло еще не р?шено?" – сказалъ Судья обращаясь къ Секретарю. – Не знаю-съ; видно онъ ошибся. – "Ошибся, ошибся!" повторилъ Судья съ сердцемъ. "Но я, безъ всякой ошибки, объявляю вамъ, что вы зд?сь бол?е не служите; завтрашнiй же день извольте подать просьбу объ отставк?.

" – Помилуйте-съ! Да ч?мъ-же я виноватъ? – "Ч?мъ виноватъ?" вскричалъ Судья, вскочивъ въ запальчивости съ креселъ. – "Какая наглость! Вонъ отсюда мер…" – Но одумавшись и не докончивъ слова: мерзавецъ, онъ с?лъ въ кресла и продолжалъ, съ возможнымъ хладнокровiемъ; «Извольте выйдти вонъ отсюда, и непрем?нно, не дал?е, какъ завтрашнiй день, подайте въ отставку.» Секретарь поклонился и вышелъ. «А вы, Г-нъ Дурындинъ, не стыдно-ли вамъ?» продолжалъ Судья, обращаясь къ Зас?дателю. «Но что съ вами слова понапрасну терять! Сколько разъ говорилъ я вамъ: не подписывайте ничего безъ меня. Вы, можетъ быть, попадете теперь въ б?ду, но сами будете виноваты, a я такого наглаго плутовства не оставлю.» Судья опять, съ величайшимъ вниманiемъ, началъ перебирать и читать д?ло. «Вотъ совершенное несчастiе,» сказалъ онъ, со вздохомъ, Радушину – «вид?ть явное мошенничество, и не им?ть возможности изобличить. Однакожъ, позвольте, позвольте! Вы говорите, что вчера подписали эту бумагу – продолжалъ судья, обращаясь къ Аглаеву; но какъ-же тутъ, заднимъ числомъ, и какъ будто изъ у?зднаго вашего города, прислано по почт??» – Я не знаю, что я подписывалъ – отв?чалъ Аглаевъ.  – Къ стыду моему, признаться долженъ, что я былъ завлеченъ этимъ безд?льникомъ Фрипоненковымъ, и все подписалъ не читавши. – "Однакожъ, вы вчера подписали?" – Точно вчера. – «При комъ?» – Никого больше не было, кром? тетушки моей Лукавиной, Фрипоненкова и еще какого-то пов?реннаго ея, котораго я въ первый разъ сроду вид?лъ, не знаю, какъ зовутъ, и теперь, я думаю, даже въ лицо не узнаю.  – «Точно больше никого не было?» – Точно. – «Стало быть это ни къ чему не послужитъ: они отопрутся! Однакожъ, въ у?здномъ город? вашемъ вы никакой бумаги не подписывали и на почт? не посылали?» – Н?тъ, не подписывалъ и не посылалъ – отв?чалъ Аглаевь. – «Вотъ теперь есть возможность изобличить мошенниковъ» – сказалъ Судья съ радостнымъ видомъ.