Бунт

 – съ какимъ-то изступленнымъ восторгомъ отчаянiя всхлипнула она.

Саш? казалось, что ее насквозь пронизываетъ этотъ изступленный, тонкiй какъ иголка, шопотъ, и ей стало невыносимо. Захот?лось крикнуть, порвать что-то.

– Мы что тутъ?.. Такъ… падаль одна! Живемъ, пока сгнiемъ… А другiе же живутъ… св?ту радуются… Я въ гимназiи все книжки читала… теперь не читаю, забыла… да и что читать!.. А тогда мн? казалось, что все это и я переживу… будто у меня въ груди что-то громадное… будто все счастье, какое на земл? есть, я переживу, все мое будетъ… вся жизнь, и люди вс? мои, для вс?хъ людей… и… и не могу я этого выразить… Са-ашенька…

– Какъ быть? – вдругъ спросила Саша сдавленнымъ, глухимъ горловымъ голосомъ.

Полька замолчала такъ неожиданно, что Саш? показалось, будто теперь темнота шепчетъ.

– Уйти… бы… – шепнула Полька, и Саша услыхала растерянный и робкiй голосъ.

Саша вслушалась въ его придавленный звукъ и вдругъ почувствовала себя большой и сильной, въ сравненiи съ худенькой, слабой Полькой, которая могла только плакать и жаловаться.

Она даже какъ будто почувствовала всю могучую красоту своего молодого, сильнаго т?ла, двинула руками и ногами и громко заговорила, точно грозя:

– И уйдемъ… что!

Въ комнат? уже стало св?тл?ть; и когда Саша повернула голову, то увид?ла рядомъ неясныя очертанiя б?лаго и маленькаго т?ла и у самаго лица большiе, чуть-чуть блестящiе въ темнот?, испуганные глаза.

Полька молчала.

– Ну? – со злобой страха и неув?ренности почти крикнула Саша.

– Куда? – робко и чуть слышно проговорила Полька.

 – Куда я теперь ужъ пойду?

Будто что-то, на мгновенiе мелькнувшее передъ Сашей, св?тлое и отрадное померкло и безсильно стало тонуть въ мутной мгл?! И, хватаясь за что-то, почти физически напрягаясь, Саша крикнула въ б?шенств?:

– Тамъ видно будетъ… Хуже не будетъ! Уйти бы только!..

И вскочила об?ими горячими ногами на холодный полъ, ясно, съ леденящимъ ужасомъ чувствуя, что мертвая Любка изъ темной бездонной дыры подъ кроватью сейчасъ схватитъ ее за ноги и потащитъ куда-то въ ужасъ и пустоту.

И преодол?вая слабость въ ногахъ, Саша босикомъ доб?жала до окна, ударила, распахнула его на темный, какъ бездонный колодезь, дворъ и высунулась далеко наружу, повиснувъ надъ сырой и холодной пустотой. В?теръ рванулъ ее и вздулъ рубашку пузыремъ, леденя спину. На волосы сейчасъ же сталъ мягко и осторожно откуда-то сверху падать невидимый сн?гъ; вверху и внизу было пусто, с?ро и молчаливо, пахло сыростью и холодомъ.