Ведьмины болота 2. Последняя жертва Шашургу

 – С этим все понятно, верно, отец Роман?

– Кроме вас в деревне была еще Анна? – не отвечая на вопрос, спросил игумен.

– Нет. Но я еще не рассказал. Вы все поймете, отец Роман. Все. Позвольте только с мыслями собраться. И отец Николай, не отрывая взгляд от старинных икон, продолжил свой рассказ.

– Анечка меня успокаивала, как могла, иногда шла со мной в лес и приглядывалась к каждому булыжнику… Мы с ней всю сторожку обыскали, переворошили, каждую досочку с пола подняли и проверили, всю печку обстучали… Летопись хотели найти.

А церковь-то совсем неприглядная была, пустая. Только в алтаре было все, что нужно. Это нам владыка, когда мы уезжали, с собой дал.

Аня съездила в Озерки, выпросила у них старые церковные календари, которые еще сжечь не успели. Вырезала иконы, развесила по стенам в церкви. А для кого старались? Ни одного прихожанина. В Озерках свой храм, а рыбинцы… Они и есть рыбинцы. Вялые какие-то, безвольные, безразличные ко всему на свете. – Бродяга замолчал, глядя широко раскрытыми глазами на игумена.

– Да ты погоди, отец Николай, лишнего-то не придумывай. – задумчиво протянул игумен. – Ты еще вампиров вспомни…

Помолчали, думая каждый о своем. Потом отец Николай тихо продолжил:

– Так вот. Искали мы с ней, искали… А потом… Потом случилось то самой страшное событие, которое перевернуло и сломало наши жизни…

Отцу Роману вдруг почудилось, что в темное окошко на них кто-то смотрит.

Он торопливо встал, и, превозмогая страх и дрожь в ногах, подошел к окну.

– Господи, помилуй! – невольно вырвалось у него. Он перекрестился и поторопился задернуть шторки, висящие на окне. Шторки были веселенькие, желтые, с узором из ромашек и васильков. Натянуты они были на леску, которая струночкой растянулась, привязанная к гвоздикам, вбитыми прямо в оконную раму.

Окошко шторки закрывали только до половины. Спасая не столько себя, сколько своего гостя, отец Роман встал широкой спиной к окну, надежно закрыв то, что он увидел снаружи.

Страшно ему было до дрожи в коленях, но показывать это было никак нельзя! Слава Богу, Николай всех этих нервных передвижений игумена не заметил.

А отец Роман, взглянув на часы, подумал, потом махнул рукой и достал из кармана подрясника смартфон.