Криминальные рассказы (сборник)

Мы раздобыли прежде всего образец почерка пономаря Афонова, и авторство его было немедленно установлено. Афонов оказался невероятным трусом и, будучи припугнут предстоящей тяжелой карой в случае упорства, быстро сознался во всем и рассказал, как было дело. Оказалось, что венчание свершилось за три тысячи рублей, причем невеста предъявила в виде документа всего какую-то визитную карточку с рекомендательной надписью. Свидетелями были: он, пономарь Афонов и тюремный сторож Иванов. Мы арестовали обоих, после чего был приглашен в полицию и отец Владимир.

В кабинет вернувшегося В. Г. Филиппова, где находился и я, был приглашен обвиняемый священник: откормленный человек с рыжей бородой, волнистыми кудрями, в шелковой рясе. Держать себя он пытался приветливо, независимо и боголепно.

– С хорошей погодой вас! – сказал он, подавая руку и взмахивая ею как-то сверху вниз.

– Садитесь, батюшка.

– Отчего-с, с превеликим удовольствием!

– Так как же, батюшка, стало быть, не венчали и свадьбы не было?

– Господи ты боже мой! Да разве бы я посмел без документов! Нет, господа! Свадьба – дело нешуточное.

В таинстве этом, освященном Церковью Апостольской, не только духовно соединяются две жизни, но и преподается им обязанность к интимному сближению полов с целью продления рода человеческого…

В. Г. Филиппов прервал его:

– А знаете ли, батюшка, что на Голгофе, рядом со Спасителем, висел и вор на кресте, а вот здесь – крест висит на воре! – И он указал на наперсный крест батюшки.

– Однако! – Изумленно сказал священник, но, оправившись и приняв прежний елейный тон, он продолжал: – Оно, конечно, оскорблять меня вы здесь можете, я – беззащитен; ну а все-таки почту своим долгом довести ваши слова до сведения Преосвященнейшего.

– Итак, батюшка, решительно: не венчали?

– Да лишусь я своего иерейства, ежели лгу! – И отец Владимир, встав и повернувшись к иконе, широко перекрестился.

– Семенов! – крикнул я. – Введите-ка Афонова.

Дверь раскрылась, и на пороге появилась сконфуженная фигура пономаря.

Он как-то по-идиотски осклабился и, обращаясь к отцу Владимиру, неожиданно радостно объявил:

– Володя, а я сознался!

– Ну и прохвост! – сказал сухо, но убедительно батюшка.

За свои свадебные спекуляции отец Владимир был лишен сана и приговорен к полутора годам арестантских работ.

Кража в Успенском соборе

Эта дерзкая кража произошла весной, в 1910 г.

Среди сладкого сна, часа этак в 4 утра, я был разбужен телефоном.