От сессии до сессии

Зевает, прикрывает глаза, показывая всем своим видом, что устал смертельно от жизненной суеты. Кистью, вроде бы как «брысь из дома». Небрежно. Без всяких эмоций.

Неуверенно таксист трогается с места. Всё-таки червячок сомнения продолжает грызть его душу. Никак не может поверить, что ему повезло. Ну, в близлежащую деревушку, понятно. А тут до самого Новосибирска! Это сколько же бабок срубишь! Такая удача выпадает крайне редко.

Как известно, дорога успокаивает и вселяет надежду, отвлекая от докучных сомнений.

Если тебе еще и рассказывают, как правильно нужно выстраивать салаг, как руководить научно-исследовательским коллективом и какие перспективы у Сибирского отделения академии наук, то это уже внушает беспредельное доверие и уважение.

Приезжают поздним вечером. «Волга» мягко тормозит перед самым крыльцом общежития. Темно. Светятся окна всех пяти этажей. Фонарный столб в подобострастном поклоне освещает вход в общежитие.

Мокрый снег. Такие крупные с пятикопеечную монету снежинки кружатся беззаботным хороводом.

Петров стал таксисту дороже мамы, папы и батяни комбата. Дорога сближает людей. Он с трудом представлял, как он дальше будет жить без Петрова. Ему казалось, что они всю жизнь знакомы. Когда Петров сказал, что деньги у него в общежитии и он сейчас принесет их, водила сильно не напрягся. Лишь кивнул в знак согласия. Но тут же занервничал.

– Да я вот сумку свою оставлю. Будь спок! – сказал Петров. А вообще людям надо доверять.

– Мне сумка твоя с трусами и рваными носками не нужна, – нервничал таксист.

Всё-таки сомнения окончательно не покинули его душу.

Покосился на монтировку, лежавшую возле сидения.

– Ну, не совсем они и рваные, – обиженно произнес Петров. – Причем тут я, если тут такое качество?

– Вместе пойдем! – решительно произнес таксист.

– Да не вопрос!

Петров пожал плечами. Переложил сумку в другую руку. Хотел закурить, но передумал.

– Чаю попьем. У меня индийский чай есть. Бабушка презентовала. У нее везде блат.

Теперь представьте, с какой болью дались таксисту следующие слова, ведь Петров стал для него родным человеком:

– Это… ну, что я там ходить с тобой буду? Ту это… ну, паспорт оставь! Вот! Ну, и это…Чай я уж как-нибудь до дома потерплю. Ну, вроде того. А индийский чай это хорошо!

Может быть, он надеялся на то, что Петров сейчас похлопает себя по карманам и скажет, что у него и паспорт в общежитии. Вот тогда уж он непременно пойдет с ним чай пить.