Скучающие боги

 – Ведь мне было всего три года».

– Дядька Волуй, доброго дня вам! Давно отец уехал? – спросил он, облокотившись о забор и крутя во рту жухлую соломинку.

– Давно уж, только солнце показалось, так и, эт самое, не было их уже. Только не уехали, а ушли, вона коняга ваша так в стойле и стоит, да-а. – протянул он, опершись о клюку, с которой не расставался уже много лет.

Растимир поглядел на стойло, конь и вправду был там, без упряжи, спокойно стоял, пережевывая сено.

– А когда вернутся, не сказали?

– Да откуда ж мне знать! Я ж, эт самое, только спины их видел.

Как за ворота уходили. Верно, к рыбакам пошли, те опять сети поставили, Змейку перегородили, сволота. А нам тут голодай. Управы на них нет никакой, – разгорячился старик, а затем, погрозив кулаком с зажатой клюкой и смешно втянув голову, обиженно буркнул, – Набить бы морду!

– Тише вы, дядь Волуй, – улыбнулся Растимир, – дело надо миром решить, а то, чего доброго, и вовсе реку нам перекроют, с них станется.

– Да ну… – отмахнулся старик.

– Хороший сегодня денек, солнечный, – произнес он, оглядывая небо. – Хочу сегодня до Серого леса сходить, говорят там опять первородных видели. Брешут, конечно, но… Может, хоть огни повидаю.

– Дались они тебе, эти первородные, что с них проку-то? – пожал плечами дед.

– Умный вы человек, дядька Волуй, а дальше деревни нашей ничего не видите, – добродушно ответил Растимир.

– Моё время к концу подходит, и этот мир для меня сужается, мой мальчик.

Небо становится все ниже, зимы – длиннее. Раньше я любил гулять до самого хребта, а теперь и за околицу выйти трудно. Так на что мне эти первородные? – улыбнулся старик.

– Они часть этого мира! – избегая спора, проговорил парень, – Такая же, что и мы.

– В моем мире их больше нет, Растимир, – грустно усмехнулся он и оглядел деревню. – Посмотри, разве встретишь ты здесь рыську, али нимфу? Даже лесные огни не кажут носа дальше Болотины.

А ведь раньше, еще до твоего отца, они заглядывали в наши окна по ночам. Нет, Растимир, в моем мире их больше нет.

Старик смешно пожал плечами и пошамкал беззубым ртом. Из ближнего дома донесся звонкий женский голос:

– Волу-у-уй! Где ты?

– У-у-у, кляча старая! – заворчал он и смешно скривил морщинистое лицо. – Послушай меня, молодой человек, никогда не женись! Слышишь? Никогда! Одни. От баб. Беды.