Путь к спасению

– Твою то мать… – так же быстро как появилась, так же молниеносно выскочила из головы надежда на спасение, – Не грабитель!

– Уго, только не убивай, – вдруг возникнет знакомый мне иностранный язык на приятный женский лад, – не стоит раньше времени, – добавила девушка после непродолжительной паузы.

Хватка Уго ослабла ровно настолько, чтобы я не умер от удушья, но голову повернуть к моей спасительнице я все еще не мог.

– Говори, русский, что ты делал у дома Санторо? Хотел передать сообщение? – голос огромного мужика казался резким и хриплым, а акцент доходчиво объяснил, почему он повторял одни и те же заученные фразы.

– Что? Сообщение? – пазл предательски отказывался складываться в одну стройную картину, – От кого?

– Не прикидывайся придурком! Слишком правдоподобно, – лезвие вновь вплотную слилось с мягкой кожей на пол сантиметра выше кадыка – Времени на игру в амнезию нет ни у меня, ни у тебя тем более.

– Я правда не понимаю, о чем вы. Я хотел узнать, как у Санторо дела? Нашлась ли Саманта? Но у дома… – с закрытыми глазами, не понимая, что я несу, я бубнил слова, то ли из правдивой истории, то ли уже из какой-то молитвы.

Застряв в тупике, я видел один выход, и он лежал через веру в высшие силы. Часто на краю обрыва надежда заставляет задирать голову к небу. И я почти ступил на этот путь…

– Вы не из полиции и не грабители, так кто вы в конце концов? – мой крик, как последний шанс ухватиться за развалившуюся жизнь.

– Неважно кто мы, куда важнее кто ты такой?! – женский размеренный голос подействовал как успокоительное, пусть в нем и звучали ноты враждебности.

 – И судя по твоему водительскому удостоверению, – я обшарил глазами весь обозримый участок, и не найдя бумажника, сообразил в чьих он руках, – ты обычный случайный свидетель того, что тебя не касается, и что лучше тебе забыть.

– Ты нас не видел! – девушку я действительно не видел, только тень.       – Иначе мне придется испачкать нож! – Уго хрипел уже на фоне отдаляющихся шагов. Странно, когда они меня схватили, то подкрались сзади без единого шороха, а теперь каждый удар каблука об брусчатку отдавался оглушительным эхом.

Как только я встал с колен и повернул голову к двум исчезающим темным фигурам, мне в руки прилетел мой кошелек. Удостоверение лежало в таком же положении, как и было раньше, а деньги были нетронуты.

2

Жжение в груди усиливалось по мере отдаления от места происшествия. Трудно вписать происходящее в мое представление современного мира.