Как из бильярдных шаров вылупляются лейтенанты

У нас в квартире всегда под сервантом стояло с десяток банок сгущенки, которую мама использовала лишь для изготовления кремов в праздничные торты. В редких случаях отец мог сварить ее, тогда я с удовольствием мазал коричневую массу на хлеб и употреблял с чаем.

А в хрустальной вазе на полках между фужерами с позолотой и германским сервизом, предназначенным для исключительных случаев, засыхали плитки шоколада «Балет» и «Спорт». Одноклассники, которые заходили ко мне в гости, не понимали, как такое богатство может так долго храниться.

ХХХ

Приезд родителей проведать своих чад – еще одна возможность поесть пищи с «гражданки». Однако такое случалось не часто. К сожалению, в нашем взводе был лишь один местный – Серега «Алекс» Алексеев, которого регулярно навещали родственники с провизией. Но, тем не менее, все привозимые (ему или кому другому) продукты питания шли на общий стол, и никто не был в обиде.

В один из солнечных июльских дней ко мне подбежал запыхавшийся дневальный по КПП:

– К тебе приехали!

Я озадачился! Кто бы мог приехать? Может, тетя с «Дыбенко»? Вряд ли, ведь я ее крайний раз видел, когда еще под стол пешком ходил.

Да к тому же она еще не знала, что я приехал поступать в Санкт-Петербург. Напомню, что в те времена еще не было мобильных телефонов, поэтому о приезде меня ее предупредить никто не смог бы. Отпросившись у старшего на полчаса, я пошел к воротам учебного центра. Каково же было мое удивления, когда я увидел маму. И не просто маму, а маму с полными сумками снеди. Как оказалось, она была проездом в Санкт-Петербурге по каким-то рабочим делам.

По правилам посещения посторонним (даже если они родственники) запрещалось находиться на территории учебного центра. Поэтому с внешней стороны ворот была оборудована поляна для свиданий – скамейка из неотесанных досок и корявый стол. Увидев меня, мама пустила слезу из жалости к грязненькому и худому сыну, и тут же начала пичкать меня курицей, пирожками, красной рыбой, молоком, колбасой, фруктами и другими продуктами, которые вылавливала из недр хозяйственной сумки.

Перепало и обоим дневальным по КПП, которые, глотая слюну, взирали на нас голодными глазами неподалеку. Мама позвала их к столу (отказываться здесь было не принято) и они с удовольствием cогласились разделить трапезу.

Полчаса пролетели незаметно. Необходимо было возвращаться в нынешние пенаты. Я, не прощаясь с мамой, взял кой-какой провизии и пошел в расположение.