Гелла – дочь Одина Одноглазого

Их кололи внутримышечно, по два за раз в задние ножки, которые были толщиной с карандашик. Это было очень болезнено, нас предупредили. Гелла кричала от боли, и даже при том, что мяукать она совершенно не могла, крик прорывался через ее повреждённые болезнью связки. Я бы ни за что не справилась с этими уколами сама, настолько у нее все было хрупким, тонким, а ее еще приходилось и крепко держать, чтобы не дернулась…

Надежды на то, что Гелла сможет видеть правым глазом не было никакой. Глаз почти полностью съела болезнь.

То, что она сама выживет, вызывало некоторые сомнения, но надежда была на антибиотик и хороший уход. Анализ показал врожденный запущенный микоплазмоз, переданный внутриутробно больной матерью, болезнь коварную и неизлечимую, которая, подобно герпесу, поселяется в теле раз и навсегда, и даже при успешном лечении может вылезти в любой момент на поверхность и ударить снова и снова.

Но мы поставили цель сделать все возможное для несчастной малышки, которая никогда не видела белый свет двумя глазами.

И началось долгое лечение…

Я увидела под деревьями

Охапки красной листвы…

Тщетное подношение.

Верно молвят: в десятой луне

Мир покидают боги.

(Идзуми Сикибу)

ГЛАВА 3. ОСЕННЕЙ НОЧИ ЛЕТУЧИЙ СОН…

…Я впервые попала в дом людей…

Могу сказать, что я испытала серьезный эмоциональный шок, перевернувший мое мировосприятие, измученное новыми образами, ощущениями и ожиданиями! Когда меня впервые положили на мягкий диван в комнате, после всех перипетий сегодняшнего, необыкновенного во всех отношениях дня, я просто плюхнулась на пузико, вытянув лапки в разные стороны, и тут же уснула.

Мое детское сознание отказывалось впитывать новые впечатления, пока не улягутся уже полученные – уж слишком быстро стали раскручиваться события.

…Я проснулась от ощущения чьего-то близкого присутствия. Взгляд уперся в розовый влажный нос, который осторожно обнюхивал мою мордочку, стараясь не прикасаться к шерстке.

– Ой, – муркнула я, мяукнуть по-прежнему не получалось, горло саднило и болело, – вы кто?

Розовый нос чихнул, обдав меня брызгами, фыркнул и отошел в сторонку, чтобы мне было удобнее его рассмотреть.

Владельцем носа оказался крупный, рыжий кот. Он уселся, повернувшись ко мне боком, и начал умываться, кося в мою сторону глазом.

– Я уже на Радуге? – спросила я озираясь. – Вы тоже сегодня умерли?

Кот удивленно выпучил на меня совершенно рыжие глаза и так застыл, не донеся лапу до пасти, чтобы облизать.