Ловушка

Да-да, вести описание великих событий, быть непосредственным участником или просто очевидцем, чтобы иметь возможность правдиво перенести все на бумагу, оставить свой след потомкам – благословенная доля. Здесь, как правило, Александр останавливался и горько вздыхал, ведь что мог он написать о жизни маленького городка – точки, затерянной на карте, где уже давным-давно не происходило ничего заслуживающего внимание.

В своей дружбе с Диной учитель нашел для себя отдушину, утешение. Удивительно добрая и открытая девочка своей чудной и чистой фантазией тоже в некотором смысле обучала его.

Он слушал сказки ее дедушки, рассматривал рисунки из толстого, давно не закрывающегося альбома и замечал, как уходит прочь тоска, а ее место занимает умиротворение и довольство.

«Она живет там, в своих мечтах, – думал он. – И это прекрасно. Как бы и мне хотелось оказаться в ее чудесном мире, где даже для самого маленького и никчемного человечка найдется своя волшебная история.

Но, в то же время, как страшно быть пойманным в ловушку подобных фантазий, когда никак не можешь найти выход просто потому, что забыл, что грезишь».

Когда девочка рассказала ему про звездный праздник, он не стал смеяться или отговаривать ее. Все это конечно детские сказки, но ему всегда казалось очень важным, чтобы она как можно дольше не теряла этого прекрасного чувства внутреннего волшебства.

Слушая Дину, Александр так живо представил, как она сядет возле окна и станет мечтательно рассматривать звездное небо в томительном ожидании, что ему и самому захотелось обрести ее непоколебимую детскую веру, усесться рядом и вместе ждать появления маленького чуда.

Дина и впрямь твердо решила дождаться обещанного звездопада. Она готовилась к этому событию целый день: с утра сбегала к дедушке, чтобы еще раз уточнить детали, после обеда поспала несколько часов, потом погуляла с малышкой Софией, а вечером после ужина быстренько помогла маме прибраться и сразу ускользнула в свою комнату, ждать, когда все затихнет и начнется праздник.

От нетерпения у нее подрагивали колени.

И вот, наконец-то, мама погасила последнюю лампу в гостиной и, проверив все окна и двери на первом этаже, поднялась наверх, чуть слышно ступая по обитым мягким ковром ступенькам.

Заглянув к Дине, она увидела, что дочь еще не спит.

– Милая, тебе уже давно пора в кровать.