Дни Кракена (сборник)

В конце хода слабо брезжило сероватое пятно дневного света.

Олешко очнулся от спирта, жидким пламенем наполнившего горло. Он открыл глаза и тут же зажмурился. Ослепительное радостное солнце било ему прямо в лицо.

– Выбрались? – прошептал он.

– Выбрались, однако, товарищ капитан, – прогудел Костенко, пряча заветную флягу. – Теперь отдохнем малость, и до дому.

– Далеко же мы зашли, – послышался голос Новикова. – Никак к серному заводу. Ну да! Глядите, товарищ капитан!

Олешко приподнялся. Они находились на склоне крутой скалистой горы.

Внизу проходила утонувшая в зелени узкая долина, за нею поднималась вторая гряда сопок. Там, куда указывал Новиков, виднелись развалины какого-то деревянного строения.

– Это и есть серный завод. Там японцы серу добывали, что ли… Сейчас спустимся, пройдем километра два этой долинкой, поднимемся на сопочку и увидим горячее озеро… – Сержант запнулся. Олешко захохотал.

– Похоже, что свидание состоится, а, Новиков?

– Похоже, – пробормотал, смущенно улыбаясь, сержант.

 – А я, признаться, только сейчас о нем вспомнил.

– О чем это? – спросил Костенко, удивленно глядя на него.

– Так, об одном деле, потом расскажу. Ну, гляди, куда самурай нас вывел. Вот. Не думал, не гадал…

Это было огромным наслаждением – брести по колено в густой сочной траве, ощущая всем телом живительное тепло солнечных лучей, вдыхая полной грудью (пусть при каждом вдохе саднит рана в плече, для таких ощущений можно и потерпеть) чистый воздух, напоенный терпким запахом свежей зелени.

Страшные катакомбы, обитающая в них фантастическая нечисть, вода, идущая по пятам, таинственный красный газ – все это казалось здесь нереальным и далеким, приснившимся после приключенческой книжки, сном, от которого осталась только тяжелая усталость, боль в ране и связанный диверсант. Олешко сорвал красивый цветок, поднес его к носу. К его удивлению, никакого аромата у цветка не было.

– Это уж так на нашем острове, – вздохнул почему-то Новиков. – Не пахнут наши цветы, хоть и красивые.

Перед подъемом на сопку отдохнули, лежа в траве. Видя, что японец совершенно выбился из сил, Олешко приказал развязать ему руки. На всякий случай сказал:

– Попытаетесь бежать – за последствия не отвечаю. От наших солдат не убежишь, а поймают, не будут, наверное, смотреть на ваше дворянское звание, господин Сунагава. Наложат по шее самым простонародным образом.

Японец сделал вид, что не расслышал или не понял. Повторять Олешко не стал.