Деструктив

Атеисты сразу уверовали во всю эту белиберду, а почему? Потому, что не было духовного воспитания, которое не отрицает веру как чувство, а способствует его познанию и развитию. Без духовного воспитания человек потерян, деморализован.

– Ты говоришь деморализован, разве в советах не было морали? Мне кажется общество было законопослушным. Ты так не думаешь?

– Общество, возможно, и было законопослушным, но закон можно обойти, остаётся только совесть, но, что такое совесть, когда отвечать тебе приходится только перед самим собой? Она пустое слово, отголосок того светлого и духовного начала в человеке, и атеизм его отрицает.

Человек не признающий божественного и светлого глубоко несчастен. Нет надежды. Есть только мы, люди, которые умрём и сгниём, просто оболочка. А зачем нам совесть? И что такое тогда добро? Прописанные истины в конституции?

– Ну, с радикализмом ты меня убедил, а вот по поводу веры, я не согласен с тобой. Я вижу много примеров перед собой, когда верующий человек просто превращается в фанатика и не видит другой стороны жизни.

– Равно как и убеждённый атеист. Он тоже ничего не видит вокруг. Но ты не думал, что религиозных людей, которых ты считаешь фанатиками, может только это и спасает от алкоголизма, насилия, или чего-то ещё более страшного? А потом религиозный фанатизм и вера, повторюсь, это разные вещи. Вера – это чувство присущее каждому человеку и им надо учиться управлять, иначе, можно уверовать, даже в учение Дона Хуана, или в Дьявола, или ещё в какую бы то ни было ерунду, да, пусть меня простят все верующие в ту самую ерунду.

Я никого не хочу оскорбить, а наоборот, сказать, что верить непременно надо, и понимать, как это делать, чтобы вера не мешала жить, а наоборот помогала.

– Я, кажется, твою мысль понял. Человек бездуховный – уязвим для всякого рода шарлатанов, стремящихся «чудом» выкачать деньги, пообещав, что решат проблемы насущные.

– Если грубо, то да, посыл ты уловил. Но духовность не направлена на решение проблем материальных. Бог не волшебник – он абсолютное добро и любовь, которые должны стать светильником во тьме мира, чтобы не погибнуть в самом прямом смысле и телесно и психически.

Я думаю этой ночью будет всё спокойно. Давай спать.

Мы разошлись по комнатам. Матвей в свою, а я в свою, где Юля уже спала. Намазал пузо мазью, выпил таблетки и залез в спальный мешок. Ночью всё и вправду было спокойно.

Проснулся рано, написал рассказ и сел за работу – расписывать тарелочки. Слушал Ильина «О русской идее».