Последнего волка здесь видели сотню лет назад

Я была почти уверена, что в доме нет никого кроме нас двоих, но хорошо. Овербукинг. Я кивнула, постаралась сделать это со всей возможной вежливостью. Она соблаговолила улыбнуться мне – и осталась сидеть.

– Раз нужно проверить, то, наверное, проверьте?

Что за ерунда была с вопросительным тоном, этого я понять не могла.

Она оскорбленно вздохнула, поднялась и побрела в сторону стойки. Мне было любопытно, она всегда была такой, или это я ей не понравилась, и я очень-очень надеялась, что чем бы оно ни оказалось, неприязнь не будет настолько сильной, чтобы она не отдала мне номер.

Интересно, в мою ли пользу сработает, что я забронировала один из самых дорогих?

– Надо подождать, пока компьютер включится, – крикнула она.

– Хорошо!

Я подошла к камину – я не замерзла, я так и не сняла пальто, но всегда было приятно побыть у огня.

Если она откажет с номером, если не получится убедить, нужно будет заказать такси через другое приложение, у меня не было сил даже думать о возможности еще раз встретиться с тем таксистом.

– Привет!

Я подскочила и обернулась – в кресле сидел модельно-прекрасный подросток, который выглядел как все симпатичные участники кей и джей поп-групп.

– Привет.

– Можешь звать меня Анатоль, – сообщил он мне. Я почувствовала, что брови ползут наверх. Ответила, что ок. Назвала свое имя.

Он важно кивнул. Внимательно осмотрел меня с головы до ног и сказал, явно ожидая, что я буду в восторге от новости.

– И да, конечно, – я тот самый тиктокер.

– Ок, – повторила я.

Нужно было еще что-то сказать? Или сделать какое-то специфическое выражение лица?

Мальчик начал говорить, что так и быть, хорошо, он подпишет мне что-нибудь, и я не успела отреагировать, старушка крикнула, что овербукинга все-таки не случилось и я получу свой номер.

Радость-то какая.

2.

– И что ты планируешь делать?

– Для начала было бы неплохо справиться с ощущением нереальности происходящего, знаешь?

Мой друг был врачом, не отдыхал примерно с марта и терпеть не мог разговоры про ирреальность и просьбы ставить диагнозы по телефону.

Про диагнозы я хорошо понимала и почти никогда не просила, а вот насчет ирреальности все время забывала. Он бесцеремонно прервал мои стенания о том, как я иногда просто замирала и поверить не могла, что это и правда происходит.

Самолеты и правда переставали летать. Весной весь мой привычный уклад жизни вылетел в трубу за неделю. Я могла заболеть чем-то непонятным и умереть.