Унэлдок

Но Сомов вцепился в это призрачное «почти»:

– Она жива? – с нажимом повторил он.

– Не знаю… – едва слышно ответил генерал. – Водолазы уже работают. Но…

– Что «но»?!

– Тело… Настю не нашли. Лобовое выбито и… И передатчик, скорее всего, повреждён – нет сигнала.

Мир опрокинулся. Сомов успел вцепиться в дверной косяк и удержать ставшее непослушным тело от падения.

– Сомов! Саша! Ты это… Ты туда поезжай, родной! Там сейчас опергруппа Ахмерова. Я ему позвоню, чтобы тебя дождался. Я обещаю, мы всё сделаем, чтобы её найти.

Всё сделаем! Отпуск возьми. Сколько надо, столько и возьми, я похлопочу. А сейчас поезжай, поезжай туда.

Голова стала чужой и пустой, как резиновый мяч, внутри которого беспрестанно рикошетил от стенок оглушающий звон страшного удара: Настя, Настя, Настя…

**

Они познакомились на исходе бесснежно-слякотного ноября.

Сомова и ещё одного специалиста-техника по ГЛОСИМ командировали в пограничный гарнизон Вяртсиля, чтобы перенастроить и протестировать забарахлившую Систему.

А заодно Сомов должен был прочитать несколько лекций по криминалистической методике расследования умышленного ухода из-под глобального надзора.

Но когда броневик уже выехал за кольцевую, их развернули – поступило указание забрать с собой гражданского специалиста.

Ругаясь на неожиданно свалившееся на них «тулово», они потеряли почти час, пока добирались до места посадки нового пассажира. Тем пассажиром оказалась девушка – учительница финского языка, направленная в тот же гарнизон для приёмки экзамена у группы пограничников.

Девушку звали Анастасия. Невысокая, стройная, с удивительными глазами медового цвета, она сразу понравилась Сомову.

На заднем сиденье они оказались вдвоём и всю дорогу проболтали о разных пустяках, игнорируя не перестававшего ворчать водителя. В гарнизоне вместе обедали в столовой и несколько раз пересекались в штабном корпусе. Обратно тоже ехали вместе и расстались почти друзьями.

Вот только ни телефона, ни какой-то иной информации для связи Сомов сразу взять у неё не догадался.

А спохватился, уже когда броневик отъехал. Он даже приказал шофёру разворачиваться, но тот был непреклонен и упирал на то, что маршрут ему утверждали в главке и «в том маршруте никакие развороты не значатся».

Пришлось Сомову действовать полуофициальным методом.

Имея доступ к архивным записям Системы, он ввёл свои данные и время командировки и «вернулся» в ту поездку.