Аттестат незрелости

Тем временем нечетко обозначенный начальством круг ее обязанностей («какая-то амеба обязанностей, а не круг», – думалось Юле) рос и ширился, и она безропотно принимала на себя все новые, иногда очень объемные и сложные, но в целом все равно бессмысленные задачи. А когда на горизонте замаячила очередная, проводимая раз в несколько лет, проверка Министерства, на девушку и вовсе навалился целый воз пряников (зачеркнуто, – дел), и она со свойственной ей ответственностью начала их разгребать и – уверившись в несостоятельности выделенных под эти задачи помощников – делать большую часть самостоятельно, в том числе просиживая за домашним компьютером ночами, когда дети уже спали.

К удивлению и разочарованию Юли, после успешного прохождения проверки, затраченные ею усилия не были сильно замечены и остались особо не вознаграждены. В отличие от более высоких уровней ответственных, получивших, по всей видимости, безмерные благодарности и измеримые премии.

Впрочем, выводов из этой ситуации она не сделала, и усердно продолжала тащить перманентно разрастающуюся и видоизменяющуюся рабочую нагрузку.

Собственно, она и выглядела как добротная антропоморфная рабочая лошадка – в вечных джинсах и пиджаке… Если вдруг Юля заболевала (что случалось с ней довольно редко), то испытывала чувство вины перед работодателем, старалась пропустить минимум рабочих дней и, не взирая на свое состояние, сделать хоть какую-то часть работы из дома, не выпасть из контролируемых ею процессов.

Самым приятным событием за весь рабочий день был обед в студенческо-преподавательской столовой, где по адекватным ценам можно было выбрать и горячее и салат, а также пообщаться с преподавателями на различные порой интересные, в том числе научные темы.

– Юлия Александровна, добрый день! – поприветствовал ее один из сослуживцев. – Присаживайтесь за наш столик. Какой у вас элегантный пиджак.

– Спасибо, да это старый… – наша героиня не любит комплименты, не знает как следует на них реагировать и старается как можно быстрее сменить тему.

…

Вечером того же дня, забирая по дороге с работы младшую дочь Майю из детского сада (группа как раз в это время обычно была на вечерней прогулке на территории), Юля сильно огорчилась при виде подскочившей к ней с сияющим лицом дочери в основательно испачканном демисезонном комбинезоне («Придется сейчас стирать и неизвестно высохнет ли до утра…»)

– Ну вот, почему комбез такой грязный, а? – набросилась на дочь Юля вместо приветствия.