Воспоминания и рассказы

Ребята нашего класса, ездившие на экскурсию: Коля Вороченко, Володя Доценко, Алексей Ефимович, Вася Ласый, Толя Зоценко и Миша Зоц.

Были у меня в то время еще три увлечения: рисование, музыка и вырезание лобзиком изделий из фанеры. Рисунок с натуры у меня получался плохо, а вот копии картин с репродукций, с большим увеличением, у меня получались хорошо. Попытка рисовать маслом с первого раза не удалась. Краска впитывалась в холст, не желая засыхать на поверхности холста. В Вертиевке в то время жили три художника, и я обратился у ним за консультацией.

Оказалось, что прежде чем рисовать на холсте или фанере, их нужно грунтовать раствором столярного клея с добавлением мела. Дело пошло. Сначала я нарисовал две небольшие картины на фанере, одну из них сдал на конкурс в школу, а затем подарил учительнице химии Евдокии Петровне, с которой я дружил. Потом был лес Шишкина с медведями, уже на холсте и большого формата. Для того, чтобы ее рисовать сделал мольберт в виде складной треноги, на которую и ставились картины. Следующей картиной были «Три богатыря» Васнецова, размером 1?1,5 м. Позже эту картину у меня выпросил дядя Миша, и я ее ему подарил, а себе нарисовал другую. Кстати, рамы для своих картин я также делал сам, причем не из готового багета, а из обычной доски.

Копия картины «Три богатыря»

С музыкой было сложнее. Мне очень нравилось, как играет на балалайке и мандолине отец Толи Осипенко, и я тоже хотел научиться, но нужен был свой инструмент.

В магазине канцтоваров продавалась балалайка, но стоила она очень дорого, около пяти рублей на новые деньги, как новый костюм для школы. У отца просить такие деньги было бесполезно. Чтобы собрать нужную сумму, мы с Аллой весной копали корни хрена на огороде, и я сдавал их на засол-завод. Потом все лето резали листья хрена, и тоже сдавали на засол-завод. К осени нужная сумма была собрана, и я купил эту балалайку. Алексей Осипенко оценил ее как отличную, во-первых, у нее был тонкий гриф, и детская рука его легко обхватывала, во-вторых, в отличие от обычной балалайки, у нее были спаренные струны (было шесть струн), и она издавала более мелодичный звук. Научился я играть на балалайке, а позже и на мандолине, которую брал в школе. Даже играл на мандолине в школьном струнном оркестре, ездили с концертами по всем колхозам района. Дальнейшей мечтой была игра на гармошке, но на гармошку у родителей денег не было. И тут подарок судьбы – школа купила баян.