Венерические приключения землян

Имея аккредитацию журналиста, он готовился к пресс-конференции, которая планировалась на следующий день.

Всё было подготовлено. Среди прессы были представители семидесяти двух телекомпаний из сорока восьми стран. Без трёх одиннадцать в зал вошли министры оборонительных ведомств Великобритании и Франции. Вступительная речь с обеих сторон была посвящена прошедшим переговорам и церемонии в честь годовщины окончания Первой мировой войны. Первым выступил британский министр, после чего слово взял Франсуа Бюжо:

– Приятно перетирать дипломатический базар в такой обстановке, какую нам предоставили наши британские кенты.

Вчера нам засветили последние наработки в сфере борьбы с терроризмом, постановочный кипишь, показуха от спецназа и все дела. Короче перфоманс был отпадный, я обомлел и заценил.

На некоторое время зал погрузился в гробовую тишину. Гул голосов оборвался, как и прекратились вспышки фотоаппаратов.

Затем корреспондентам была предоставлена возможность задать свои вопросы.

К удивлению Курта, ему позволили задать вопрос первым. Он встал, максимально выпрямил колени и спросил:

– Мсье Бюжо, что вы можете рассказать о последней разработке французских военных инженеров «Моник»?

Министр Бюжо поправил узел галстука и начал говорить в спокойной манере:

– Не, я секу, это ваш хлеб, зашвыривать таких как я вопросами, но вы ведь тоже здесь не бамбук курите и должны вникать, что такие нюансы раскрывать перед вами как шлюха щель перед клиентом мне шеф не даст, а не то по шарам прилетит.

Это я сейчас, типа, фигурально. Так что приходится фильтровать базар, а иногда и с прибором ложить на такие вопросы и втирать дичь, типа я в душе не е*у чё там из себя представляет эта «Моник».

Это был один из мощнейших пиаров в истории мировой политики. Министр обороны Франсуа Бюжо хоть и прибыл на ковёр к своему патрону в лице президента, но в отставку отправлен не был. Об этой пресс-конференции ещё долго говорили по телевидению и тщательно обсуждали со всех углов, а когда при следующем публичном выступлении у министра Бюжо спросили о том, что стало причиной такого общения с прессой, он ответил:

– Я просто хайпанул и пипл схавал.

Произошёл первый случай, когда вирус мутировал. Этот штамм проявлялся через весьма необычные симптомы. Нарушения происходили также в психике, но уже немного в другом русле. Для инфицированных этим штаммом вируса нецензурная лексика переставала быть нецензурной.