Эдипов комплекс

На постоянную сиделку нам с братом не хватало денег, да и мы решили, что так даже лучше, отец не возражал, хотя втайне был недоволен. Кому охота сидеть одному после того, как с тобой кто-то все время был, да еще такой, как наша мать?

Зайдя в комнату, которая была совсем недавно ее комнатой, я увидел домашние халаты за дверью, на крючках. Мне на секунду показалось, что она ушла в магазин или с Биликом на Волгу и скоро вернется.

На следующий день приехал брат, мы поехали на кладбище. Тоскливое мероприятие, сорок дней… С нами, конечно, была тетя Галя и другие родственники.

По дороге я вспомнил, как однажды, когда мне было лет 14, мать попросила меня поехать с ней на кладбище – прибраться на могилах у деда и бабки, ее родителей, Ивана и Татьяны.

Было позднее утро. Я давно проснулся, но все равно притворялся, что сплю. Мать заходила ко мне в комнату и, видя меня «спящим», уходила на кухню, настойчиво там гремела. Наконец подошла и громко сказала: «Ну, проснись же! Нам надо ехать!» Я открыл глаза и сказал: «Я не хочу! Езжай одна!» Она ответила очень взволнованно, так, что ее голос задрожал: «Я не могу туда одна ехать, я боюсь! А вдруг кто-то нападет на меня? На кладбище страшно ехать одной!» Мне стало стыдно.

Я угрюмо поднялся и пошел завтракать.

Я вдруг подумал, когда уже был на кладбище, что инфляция в Москве снова выросла. Теперь приходилось еще больше экономить. Меня передернуло от холода, брат с укоризной спросил: «Уже замерз?» Скорее бы в дом, к столу…

Глава 16

Вот и дом, и стол.

Отец уже сидел во главе, как полагается. Как же он постарел. Превратился в настоящего старика-инвалида, язык его плохо слушался. Однажды услышал от него: «Ну и мерзкий же у меня стал голос!» Не то чтобы мерзкий, просто не его голос, вот и все. А так голос как голос.

На поминках народ потихоньку расслабился: выпивка, еда, разговоры, последние события. Я тоже включился в разговор, брат посмотрел на меня укоризненно. Я сорвался на него. Что теперь, не поговорить совсем? Мать, кстати, любила, когда едят и говорят, когда общаются.

Тетя Галя заголосила: не ссорьтесь, ребята! Брат хмыкнул обиженно.

Гости разошлись, мы начали убирать со стола. Брат все-таки набрался. Проходя мимо меня, сидящего в папиной комнате и зачитавшегося случайно выбранной книгой, он пробормотал: вот, посмотрите на него, мы тут таскаем, а он… Я резко ответил; он меня особенно раздражал, когда был пьян. Он заорал: да я тебе щас! Ну вот, дошло до угроз.