Вести с полей

Вести с полей

Станислав Борисович Малозёмов

Моя новая повесть – о целине. Это – не документальная работа. Изменены фамилии и имена героев повести, названия всех населённых пунктов, кроме Кустаная, областного центра, который в 1957 годы принял на освоение целинных и залежных земель огромное количество энтузиастов. Большинство из них приехало по комсомольским путевкам. Они недолго жили в палатках, построили для себя добротные поселки, которые стали целинными. Об освоении целины написано много. Потому я не стал писать то, что уже и без меня всем известно.

Моя повесть – это реалии «низа» всего нескольких целинных поселений. Этот «низ», простые работяги, трудились и существовали совсем не так, как в то время было принято писать в прессе и показывать в кино. То, что я наблюдал и описал – не истина в последней инстанции. Возможно, где-то всё было иначе. Но то, о чем пишу я – происходило именно так и почти ничего не пришлось придумывать.

.

Глава первая

***

(Фамилии героев повести и некоторые названия населенных пунктов изменены автором по этическим соображениям)

***

-Ты, дуболом, насмерть, что ли, его зашиб? – Серёга Чалый втыкал острый луч большого мощного фонаря во все ямы, в провалы между брёвнами, разбросанными перед зерноскладом, внутрь склада за низкие бурты пшеницы забрасывал толстый пучок света.

 – Давай, кричи, зови его, бедолага ты хренова! Точно здесь дрались? Не путаешь с перехлёбу? Сколько выжрали?

Артемьев шел сзади, спотыкался, улетал в сторону, падал, на карачках проползал пару метров и снова превращался в маленькое, воняющее самогоном, слабое, но передвигающееся самостоятельно существо.

– А чего он даже не мычит, сучара  интеллигентская!? – Артемьев прикрыл ладонью правый глаз. Он слезился после драки с Петькой и мешал смотреть. А с брови стекала вокруг глаза на щеку тонкая ленточка крови. – Петро, мать твою! Э-э-эй!!! Выходи, падаль, не трону уже! Слово зека, зуб даю!

После этой длинной  трудной смысловой нагрузки  и напряжения связок Артемьев вдруг замер, остановился, потерял сознание и рухнул, не сгибаясь, в октябрьскую грязь.

– Придурок, – без эмоций зафиксировал факт вылета из поиска главного действующего лица, который мог бы даже случайно на секунду просветлеть разумом и вспомнить, где снёс с копыт не менее пьяного дружка – агронома совхозного Петьку Стаценко.