Малыш

Я уже заканчивал зарядку, когда он подошел ко мне вплотную и поздоровался. Я, естественно, тоже поздоровался и вознамерился было нырнуть в люк, но он остановил меня вопросом:

– Скажите, Попов, когда вы остаетесь здесь один, вы отлучаетесь куда-нибудь от корабля?

– То есть? – Я удивился даже не столько его вопросу, сколько самому факту, что Геннадий Комов снизошел заинтересоваться моим времяпрепровождением. У меня к Геннадию Комову отношение сложное. Я его недолюбливаю.

– То есть ходите вы куда-нибудь? К болоту, например, или к сопкам…

Ненавижу эту манеру, когда с человеком разговаривают, а сами смотрят куда угодно, только не на человека.

Причем сами в теплой дохе с капюшоном, а человек в спортивном костюмчике на голое тело. Но при всем при том Геннадий Комов есть Геннадий Комов, и я, обхватив руками плечи и приплясывая на месте, ответил:

– Нет. У меня и так времени не хватает. Не до прогулок.

Тут он наконец соизволил заметить, что я замерзаю, и вежливо указал мне веточкой на люк, сказав: «Прошу вас.

Холодно». Но в кессоне он меня остановил снова.

– А роботы от стройплощадки удаляются?

– Роботы? – Никак я не мог понять, куда он клонит. – Нет. Зачем?

– Ну, я не знаю… Например, за строительными материалами.

Он аккуратно прислонил свою веточку к стене и стал расстегивать доху. Я начал злиться. Если он каким-нибудь образом пронюхал о неполадках в моей строительной системе, то, во-первых, это не его дело, а во-вторых, мог бы сказать об этом прямо. Что это за допрос, в самом деле…

– Строительным материалом для киберсистемы данного типа, – как можно суше сказал я, – является тот материал, который у киберсистемы под ногами.

В данном случае – песок.

– И камни, – добавил он небрежно, вешая доху на крючок.

Этим он меня уел. Но это было решительно не его дело, и я с вызовом откликнулся:

– Да! Если попадутся, то и камни.

Он впервые посмотрел мне в глаза.

– Боюсь, что вы неправильно меня поняли, Попов, – с неожиданной мягкостью произнес он. – Я не собираюсь вмешиваться в вашу работу.

Просто у меня возникли кое-какие недоумения, и я обратился к вам, поскольку вы – единственный человек, который может их разрешить.

Ну что ж, когда со мной по-хорошему, тогда и я по-хорошему.

– В общем-то, конечно, камни им ни к чему, – сказал я. – Вчера у меня система немножко барахлила, и машины разбросали эти камни по всей стройплощадке. Кто их знает, зачем это им понадобилось. Потом, конечно, убрали.

Он кивнул.

– Да, я заметил.