Обитаемый остров

Этот же по пути сюда загнал меня как мальчишку, шел через бурелом, словно по ровному месту, через рвы перепрыгивал, а потом ждал меня на той стороне и вдобавок зачем-то – из удальства, что ли? – хватал меня иногда в охапку и пробегал со мной шагов по двести-триста…

Господин ротмистр слушал Зефа, всем видом своим изображая глубочайшее внимание, но едва Зеф замолчал, как он резко повернулся к задержанному и в упор пролаял по-хонтийски:

– Ваше имя? Чин? Задание?

Гай восхитился ловкостью приема, однако задержанный явно не понимал и хонтийского.

Он снова показал свои великолепные зубы, похлопал себя по груди, сказавши: «Мах-сим», ткнул пальцем в бок воспитуемому, сказавши: «Зеф», и после этого начал говорить – медленно, с большими паузами, показывая то в потолок, то в пол, то обводя руками вокруг себя. Гаю казалось, что в этой речи он улавливает некоторые знакомые слова, но слова эти не имели ни к делу, ни друг к другу никакого отношения. «Кроувать… – говорил задержанный, а потом: – Хуры-буры, хуры-буры… Черфяк…» Когда он замолчал, капрал Варибобу подал голос.

– По-моему, это ловкий шпион, – заявила старая чернильница. – Надо бы доложить господину бригадиру.

Однако господин ротмистр не обратил на него внимания.

– Вы можете идти, Зеф, – сказал он. – Вы проявили рвение, это вам зачтется.

– Премного благодарен, господин ротмистр! – рявкнул Зеф и уже повернулся было, чтобы идти, но тут задержанный вдруг издал негромкий возглас, перегнулся через барьер и схватил пачку чистых бланков, лежавших на столе перед капралом.

Старый хрен перепугался до смерти (тоже мне гвардеец), отшатнулся и швырнул в дикаря пером. Дикарь ловко поймал перо на лету и, примостившись тут же на барьере, принялся что-то чертить на бланке, не обращая внимания на Гая и Зефа, ухвативших его за бока.

– Отставить! – скомандовал господин ротмистр, и Гай охотно повиновался: удержать этого коричневого медведя было все равно что пытаться остановить танк, схватившись за гусеницу. Господин ротмистр и Зеф встали по сторонам задержанного и смотрели, что он там черкает.

– По-моему, это схема Мира, – неуверенно сказал Зеф.

– Гм… – отозвался господин ротмистр.

– Ну конечно! Вот в центре у него Мировой Свет, это вот – Мир… А здесь мы, по его мнению, находимся.

– Но почему все плоско? – недоверчиво спросил господин ротмистр.

Зеф пожал плечами:

– Возможно, детское восприятие… Инфантилизм… Вот, глядите! Это он показывает, как сюда попал.