Ангел на практике

Сам Александр одобрительно хмыкнул, глядя на такое усердие, и принялся полировать старый шкаф тряпочкой с воском. Через час в квартире все сверкало.

– Так, время, – Александр глянул на часы. – Мне пора бежать. На книжных полках бери, что хочешь, человеческую классику изучать полезно. Помогает понять мотивы поведения и психологию людей. Советую начать с «Войны и мира». Найдешь, большой двухтомник в кожаном переплете, вторая сверху полка.

В коридоре падший накинул бежевый тонкий плащ и уже у двери, словно вспомнив о чем-то незначительном, окликнул курсанта:

– Сима… То есть Фима!

– Да?

– В семь вечера подойди на Центральной улице к «Макдоналсу».

Найдешь. Он у нас один такой. Большая вывеска, на красном фоне желтая буква «М». Там Ира кассиром работает. Встреть ее и проводи домой. А то что-то мне тревожно из-за этих сообщений о пропавших девушках.

– Она же Хранитель, – несколько недоуменно уточнил Серафим. – Она любого грешника может одной проповедью остановить и убедить раскаяться.

– Угу, а еще этот грешник упадет на колени, плакать будет, и сам кошелек ей отдаст – на благотворительность, – фыркнул Александр. – Ты как думаешь, почему Хранитель и Воитель парами ходят? Хранитель может достучаться до любого из тех, у кого в душе осталась хоть крупица добра. А если бы люди все были такие, то большинство выпускников Ангельского Университета сидели на облаке без работы. Так что Иру лучше встретить. Сделаешь?

– Да, брат мой, – кивнул Фима.

Александр только хмыкнул и не стал оспаривать родства.

***

Александр вышел из подъезда и с удовольствием вдохнул холодный, пахнущий свежим, еще весенним листом воздух. За время долгой, очень долгой жизни на Земле, он научился ценить все, что было создано его Отцом. Все, до последней мелочи: красоту и безобразие, свежий воздух и осеннюю слякоть, элегантную наглость соседского кота и беззлобную ругань с дворником Никифором. А вот и он сам, отдыхает на лавочке в обнимку со своей верной метлой.

– Здорово, Никифр-Митрофанч!

– И тебе не хворать, Санек! Семачек отсыпешь?

Саня полез в карман плаща и отсыпал дворнику в намозоленную ладонь горсть семечек.

– Как сам-то? Что-то не видно тебя было, Никифр-Митрофанч.

– Да по делам уезжал, к родне. Шебутная у меня родня, ниче без меня не могут!

– Тогда ладно. Ну бывай, – махнул рукой дворнику Александр и отправился трудоустраиваться.