9М. (Этюды о любви, страхе и прочем)

Не успел я ничего сказать, как она повернулась и удаляясь, открыла моему взгляду свою спину, всего на пару мгновений, пока не пропала за стоявшими рядом гостями. Платье сзади украшал глубокий вырез и то, что тем вечером лишь игриво и стеснительно зацепило мой взор теперь предстало во всем своем великолепии. Нательный рисунок, который игриво заходил на ее плечи и шею, на спине обретал и без церемоний демонстрировал все свое могущество. Он овладел всей площадью ее тонкой талии, занимал ее острые лопатки, уверенно обнимал тонкие ребра.

Черные длинные пальцы некоего древнего божества, что скрывалось в самых дремучих и гиблых местах, реинкарнировались в чернилах, обрели новую жизнь, вбирали в себя бледную плоть спины. И то что было двумя отдельными элементами двух разных, и противоборствующих миров, хотя и соседствующих, становилось единым целом.

"Неплохо было бы это теперь как-то сносно записать", – подумал я и открыл новехонькой блокнотик. Посмотрел на него с полминуты и подумал, что сначала следует покурить.

Думаю, все приличные писатели без ритуала вдыхания табака в качестве обязательной прелюдии никогда за дело не принимались.

Красные линии, нити 

Проникают всё глубже, как любовник, как идея, как бог. 

Поглощают и вбирают, без цели, без отвращения, без жажды 

как расплавленный металл, как огонь. Завладевают судьбой.

Равномерно и поэтапно 

Как время они окружают незаметно и тихо

Дабы стать с нами целым, единым, общим созданием, сознанием 

И ничто не мешает, в этих нитях нет напряжения.

Ничто не сковывает нас. 

Это не путы, не цепи, но атлас. 

И как бы не стало далеко, это не порвется, не сломается, не сгинет.

И всё что было так далеко будет в крайней степени близко.

К. выплыла из толпы также неожиданно и бесцеремонно, как за несколько минут до этого растворилась в ней. Все время ее отсутствия я был сосредоточен на листочке. Ловким движением она забрала у меня из-под носа свой блокнотик.

– Атлас?

– Атлас, – поправил я.

– Что же весьма недурственно, для пятнадцати минут на шумной вечернике. Или ты готовился?

– Нет, такого я точно предвидеть не мог.

Её глаза дважды внимательно пробежались по строчкам. По нахмурившемуся лбу мне подумалось, что она хотела что-то сказать, но не могла решить сделать это сейчас или подобрать момент поинтимнее. На эти мгновения ироничная улыбка покинула ее лик.