Базар житейской суеты. Часть 3

Надлежало теперь устроить другой пунктъ – обратить миссъ Кроли на истинный путь. Леди Саутдаунъ взялась за это съ величайшимъ удовольствiемъ. Съ той поры, какъ розы увяли на ея щекахъ, и синiя дуги впервые появились вокругъ ея глазъ, леди Саутдаунъ, отр?шившись отъ шумныхъ удовольствiй большого св?та, погрузилась всей душой въ созерцательныя умозр?нiя эстетически-философическаго свойства, и вс? ея занятiя приняли аскетическiй характеръ. Покойный ея супругъ, милордъ Саутдаунъ, челов?къ больной, слабый и простодушный, безмолвно ободрялъ поведенiе своей Матильды, и аскетическая ея д?ятельность, возрастая постепенно; обнаружилась въ скоромъ времени въ обширн?йшихъ разм?рахъ.

Изв?стно всему мiру, что Англiя, любезное наше отечество, столько гордое своимъ умственнымъ развитiемъ, представляетъ классическую почву для вс?хъ съумасбродныхъ мн?нiй и предразсудковъ, принимающихъ форму разнообразныхъ доктринъ съ притязанiями на непогр?шительность. Духъ среднев?кового фанатизма паритъ еще во всей своей сил? надъ атмосферой туманнаго Альбiона. Честолюбцы, обманутые въ своихъ ожиданiяхъ на поприщ? ученой или политической д?ятельности, узколобые педанты, волнуемые жаждой какой бы то ни было изв?стности, вс? люди безъ призванiя, безъ таланта, безъ св?тлой мысли въ голов?, найдутъ и прозелитовъ, и приличную для себя д?ятельность на вс?хъ пунктахъ Трехъ Соединенныхъ Королевствъ. Домъ леди Саутдаунъ еще при жизяи ея мужа сд?лался истиннымъ притономъ вс?хъ этихъ пройдохъ и безпокойныхъ искателей приключенiй. Методисты, квакеры, кувыркатели, накатчики, анабаптисты, поперем?нно появлялись въ ея блестящемъ салон?, смотря потому, какъ изм?нялись вкусъ и наклонности хозяйки. Такъ она принимала достопочтеннаго Сандерса Менитра изъ Шотландiи, достопочтеннаго Луку Уатерса, Джильса Джаульса, и прочая, и прочая. Об? ея дочери и вся домашняя челядь обязаны были съ напряженнымъ вниманiемъ слушать и прилагать къ сердцу туманныя бес?ды вс?хъ этихъ господъ. Впродолженiе этихъ коггрегацiй, старику Саутдауну позволялось дремать въ своей спальн?, пить глинтвейнъ и читать газету. Леди Дженни была любимою дочерью милорда, и въ ней одной, казалось, онъ находилъ для себя ут?шенiе и отраду. Старшая дочь, усвоившая вполн? характеръ и привычки своей матери, оттолкнула отъ себя отцовское сердце своимъ страшнымъ ригоризмомъ. Такой порядокъ д?лъ продолжался и посл? смерти милорда.

Мистеръ Питтъ, какъ послушный сынъ, вполн? подчинялся прихотямъ и распоряжепiямъ своей будущей тёщи.