Полдень, XXII век

Лицо у него было задумчивое. Он остановился перед Кондратьевым и Паниным и сказал:

– Здравствуйте. – Голос у него был печальный.

Сережа кивнул. Панин снисходительно сказал:

– Здравствуй, Григорий. Вибрируешь ли ты перед Центрифугой, Григорий?

– Да, – ответил Гриша Быстров. – Немножко.

– Вот, – сказал Панин Сереже, – Григорий волнуется всего-навсего немножко. А между тем Григорий всего-навсего малек.

Мальками в школе называли курсантов младших курсов.

Гриша вздохнул и тоже сел на подоконник.

– Сережа, – сказал он.

 – Правда, что ты делаешь сегодня первую попытку на восьмикратной?

– Да, – сказал Сережа. Ему совсем не хотелось разговаривать, но он боялся обидеть Быстрова. – Если позволят, конечно, – добавил он.

– Наверное, позволят, – сказал Гриша.

– Подумаешь, попытка на восьмикратной! – сказал Панин легкомысленно.

– А ты пробовал на восьмикратной? – с интересом спросил Гриша.

– Нет, – сказал Панин. – Но зато я не спортсмен.

– А может быть, попробуешь? – сказал Сережа.

 – Вот прямо сейчас, вместе со мной. А?

– Я человек простой, простодушный, – ответил Панин. – Есть норма. Нормой считается пятикратная перегрузка. Мой простой, незамысловатый организм не выносит ничего, превышающего норму. Однажды он попробовал шестикратную, и его вынесли на седьмой минуте. Вместе со мной.

– Кого вынесли? – не понял Гриша.

– Мой организм, – пояснил Панин.

– Да, – сказал Гриша со слабой улыбкой. – А я вот еще не дошел и до пятикратной.

– На втором курсе и не надо пятикратной, – сказал Сережа.

Он спрыгнул с подоконника и принялся приседать поочередно на левой и на правой ноге.

– Ну, я пошел, – сказал Гриша и тоже спрыгнул с подоконника.

– Что случилось, староста? – спросил Панин. – Почему такая тоска?

– Кто-то устроил штуку с Копыловым, – печально сказал Гриша.

– Опять? – сказал Панин. – Какую штуку?

Второкурсник Валя Копылов был известен на факультете своей привязанностью к вычислительной технике. Недавно на факультете установили новый, очень хороший волноводный вычислитель ЛИАНТО, и Валя проводил возле него все свободное время.

Валя торчал бы возле него и ночью, но ночью на ЛИАНТО велись вычисления для дипломантов, и Валентина беспощадно выгоняли.

– Кто-то из наших запрограммировал любовное послание, – сказал Гриша. – Теперь ЛИАНТО на последнем цикле выдает: «Без Копылова жизнь не та, люблю, привет от Лианта». В простом буквенном коде.

– «Привет от Лианта…» – сказал Сережа, массируя себе плечи.