Начальник. А у меня стрельбы!

Но получил жесткий ответ:

– Молчать! Я этого бардака терпеть не стану! Кто у нас начальник следствия?!

Начальник следствия видимо растерялся и вытянувшись в струнку отчеканил:

– Подполковник Смирнов!

– Так вот передай этому Смирнову – пусть оторвет свою ленивую задницу от стула и сам едет за этим подозреваемым! – прорычал полковник в лицо Смирнову. – Вам все понятно?!

– Так точно, товарищ полковник!

– Что вам понятно?

– Есть, передать подполковнику Смирнову, чтобы оторвал свою задницу от стула и сам ехал в командировку!

– То-то же! А у меня стрельбы! Отдел равняйсь! Смирно! Наа прааа-во!…

Андрей уже был готов маршировать куда угодно, лишь бы оказаться на свежем воздухе, хотя и не представлял, как это делается по лестничным пролетам в три этажа, как начальник, так же неожиданно как и все, что он делал, произнес совершенно спокойно и буднично:

– Ладно мужики, давайте по машинам, пока погода не испортилась.

Мужики, в том числе четыре женщины сотрудницы, не сговариваясь поспешили скрыться с глаз руководства, устремившись на выход, создав там легкий затор.

Андрей же, стоя в стороне подумал: «Вот ты попал, брат, с таким начальником скучно не будет…»

Заместитель начальника. Лошадью ходи

– Господа, вынужден сообщить вам принеприятнейшее известие, – изрек Василий, вваливаясь в кабинет, – к нам едет новый зам!

– А в чем принеприятность сего известия? – спросил Андрей, откладывая ручку.

– В том, коллега, что зам сей не является другом нашего уважаемого будущего генерала, да продлит всевышний годы его, а является он личным другом «Рыжего».

– Черт! – вырвалось у Славы.

– Неужели еще один спецназовец? – ужаснулся Андрей.

– Информации пока нет, но как сказал один из героев Петросяна: вишенка от яблоньки недалеко падает. А еще говорят: скажи мне кто твой друг и я скажу кто ты… Так что очень может быть.

– Хана нам, – подвел итог Слава.

Уже через неделю упомянутый «хана» настал, но совершенно в непредвиденном ракурсе. Зам оказался настоящей «вишенкой» на торте руководства отдела.

Полковник Романовский, сделавший карьеру в специальных подразделениях, разбирался в оперативной работе меньше, чем балерина в технологии укладки железнодорожных шпал.