Шестьдесят дорог к счастью. Сборник рассказов

Дверь в его гараж была почти всегда открыта, и любопытные мальчишки часами могли наблюдать за его работой, если, конечно, он в это время не храпел в своем продавленном кресле после очередной дозы соседской благодарности.

– Здравствуйте, дядя Яша! – поприветствовали мы старика, занятого пайкой большущей закопченной кастрюли.

– Здорово, коль не шутите! – усмехнулся он, попыхивая «беломориной», сизая струйка от которой, смешиваясь с дымком из-под паяльника, уходила в многочисленные щели его железной берлоги. – Зачем пожаловали? – осведомился старик.

– Помочь вот хотим! – осторожно сказал я. – Может, сбегать куда надо? В магазин или еще куда-нибудь… Мы мигом, а, дядь Яш?

Старик отложил паяльник:

– Так, пацанва, выкладывайте, чего надо?

– Нам бы велик вот этот переделать… на двухколесный! – встрял Мишка.

– Плату знаете? – прищурил один глаз старик.

– Знаем! – мы, как по команде, опустили головы.

– Разговор окончен! – отрезал слесарь. Затем немного помолчав, добавил: – И пусть родители попросят. Мало ли чего вам в голову взбредет! А вдруг вы его стырили у кого, а я в соучастники попаду?! Нет, други мои, родители – и точка!

Это был тупик! Мы были убиты! Понурив головы, мы отошли в сторонку, сели на корточки и принялись держать «военный совет».

– Что будем делать, Санек? – уныло спросил Мишка.

– Не знаю! – хмуро ответил я, косясь на вредного старика, который, как ни в чем не бывало, продолжил возиться с кастрюлей.

– Вот гад! – в сердцах воскликнул Мишка! – Пьяница  проклятый, а еще фронтовик, герой! Кровосос он, а не герой! – последние слова он почти выкрикнул.

Я шикнул на друга, но было уже поздно. Старик, видимо, нас услышал. Он отложил свою кастрюлю и, кряхтя и отдуваясь, медленно направился в нашу сторону, на ходу вытирая руки грязной ветошью.

– Атас, Миха, дёру! – заорал я.

Мишка вскочил и припустился бежать, а я, как назло, замешкался с великом и… остался на месте – хитрый старикан уже отсек мне все пути отступления.

«Сейчас уши оборвет!» – промелькнуло в мозгу. Еще бы, тема войны в те годы чрезвычайно остро воспринималась не только ветеранами. А Мишка, дурья башка, не подумав, ляпнул невесть что!

– Твой велосипед-то? – неожиданно миролюбиво спросил дядя Яша, подойдя вплотную

– Ага! Отец купил на день рождения… – я посмотрел старику в глаза.