Слабосильный брат мой, неразумный брат мой

 – Видишь, какое дело – ты к красной зоне прорвался, да, видать, отвлекся маленько, вот тебя Кувалда подловил и вырубил.

– Подонок! – встрепенулся Эми и сел на кушетке, но тут же схватился за грудь и забился в жесточайшем приступе кашля.

– Ты ляг, ложись. – попытался его остановить Док, но Эми отмахнулся и, с трудом отдышавшись, спросил:

– Кончился матч?

– Нет еще, минут пятнадцать осталось, – торопливо ответил Тифос и по-собачьи взглянул на Элфоса.

– Счет?

– 12:7

– Я пошел.

 – Эми решительно приподнялся, невольно скривившись от боли.

– Ты что, рехнулся совсем? – завопил Док. – Столько без сознания провалялся, еле откачали, и опять туда же!

– Ладно, не кипятись, – невольно усмехнулся Эми. – Не шуми, Эскулап. Мне на поле надо. Сам понимаешь – финал.

– А если тебя еще раз рубанут? – не успокаивался доктор. – Что тогда?

– Не рубанут. – зло прищурился Элфос – Я теперь умный, а?

И он подмигнул тренеру.

Тир стоял, понуро опустив голову, сгорбив могучую спину, и уныло прислушивался к писку «капли» – наушника, пристегнутого к левому уху, бросая время от времени взоры на бесшумно вспыхивающий в углу раздевалки экран телевизора.

– Еще один заброс… – печально поднимая глаза, произнес он. ? 13:7. Знаешь что, Эми, ладно, не ходи. Смысла нет, да и времени осталось – чуть…

– Ну, ну, старый бегемот; – покачал головой нападающий. – Когда это «Ангелам» не хватало времени, а? Кончай ныть, лучше помоги мне заменить эти скорлупки!

Элфос, стиснув зубы и стараясь не стонать от боли, снял с помощью тренера и массажистов треснувший бронежилет, стянул через голову мокрую от пота и воды параластовую фуфайку, мельком глянул на громадный кровоподтек на груди, который Док тут же кинулся поливать какой-то пенистой струей из баллона, и начал вновь быстро одеваться.

По мере того как все новые и новые детали экипировки находили свое место на могучей фигуре атлета, стойка его становилась все тверже, а взгляд уверенней.

Защелкнув последнюю застежку, Эми несколько раз передернул всем телом, удовлетворенно хмыкнул и, надевая на .ходу шлем и перчатки, двинулся к двери, ведущей на поле.

– Эми, – вслед ему негромко произнес тренер, – я забыл тебе сказать… Сегодня на стадионе присутствует сам Президент…

Широкая спина игрока слегка вздрогнула, но, так и не оглянувшись, он скрылся из виду.

Игра явно выдыхалась.