Тамблеры. Alis Grave Nil

– А это что?

– Свет такой золотистый внутри, свет служения…

– А сейчас у меня какой?

Линда, оторвавшись от iPod, посмотрела внимательно:

– Сейчас у тебя никакого.

– Хм, – замолкнув, Веня продолжил задумчиво жевать. После паузы он задал новый вопрос: – А у Ланы есть Lumen Aureus?

Линда все еще не отрывалась от планшета:

– Василек, ты с кем в ресторане сидишь, с Ланой или со мной?

Веня отодвинул остатки пасты:

– Я просто так спросил…

К столику подошел официант:

– Может быть, десерт? Суфле, терамису, киви – баблти?

Веня глянул оценивающе:

– Пожалуй.

А мороженное есть?

Линда наконец-то захлопнула планшет:

– Оки, Василек, я тебе мороженное по дороге куплю, нам пора. Счет мне, а ему еду в доги бэг, хорошо?

– Без проблем. Официант, выхватив тарелки у Вени, испарился.

– А у Леры, у нее ведь тоже нет Lumen Aureus…

– А у нее и не должно быть, она же просто ведунья, разве ты этого всего не видишь?

Еще через полчаса Веня и Линда поднимались по потрепанной лестнице сталинского дома.

Наконец, дошли. Линда, упершись коленом в дверь, обитую рваным кожзаменителем, пыталась подобрать ключ. Веня, немного отстав, с любопытством осматривался. В соседней квартире тихо приоткрылась дверь, в узком проеме показалась фигура злобной бабки в рваном халате. Веня произнес учтиво:

– Здрасте…

Линда нервно сжала связку переставших звякать ключей:

– Вера Пална? Это я, Витина невеста, помните меня? Леной меня зовут.

А это Веня, братишка Витькин, приехал вот в Москву за него хлопотать. Только вот мы дверь открыть не можем…

Чуть помедлив, дверь Веры Палны все так же бесшумно закрылась.

Линда протянула увесистую связку ключей Вене:

– Может ты попробуешь?

Выбрав первый попавшийся ключ, Веня тут же открыл дверь, чем приятно поразил Линду, она даже захлопала в ладоши:

– Вау, круто! Респект!

Молча вошли в пыльную замызганную двушку:

– Ну, вот, Веня Василек, твое первое в этом мире пристанище.

Скромно, уютно и недалеко от метро, лучше не придумаешь! За такие хоромы у нас тут убивают.

Веня осмотрел мебель конца семидесятых, с любопытством заглянул в туалет:

– А кто тут на самом деле живет?

– А живет здесь моряк дальнего плаванья, Виктор Леонидович Куцепенко, вооон его фотки на стене. Там, вот он с ребятами в детдоме, он детдомовский сам… На той – с друзьями по морпеху на Баренцевом море.