Кровь и свет Галагара

Я сразу представлял себя четырехруким воином, в умениях подобным цлиянину, и потому, что, живя в цлиянском поселке, а затем наблюдая за лучшими вашими воинами в битве на Плаунном лугу, хорошо изучил приемы боя на четыре руки, и потому, что так уж, верно, мечталось мне, однорукому – иметь бы рук побольше, хотя и при паре крыльев. Я снова обрел и даже приумножил однажды утерянное искусство, я снова стал воином, но воином звука. Всего лишь воином звука. Я сражался с призраками. Поначалу и этого было довольно, и это казалось верхом блаженства.

Но вскоре первая радость сменилась горечью и досадой. Жажда мести пробудила во мне и стала питать безумные мечты. Почти сорок зим я жил надеждой на то, что встречу великого воина, врага крианам, способного понять мою музыку и превратить сражение с бесплотными тенями в битву с настоящим и грозным противником. И вот я встретил тебя. Ты услышал, ты понял и ты вернешь смысл моей затухающей жизни.

– Твоя история поистине удивительна. Но прошу тебя, сыграй мне еще на твоем чудесном инструменте, – сказал Ур Фта и протянул свирель старому форлу.

Недолго думая, Кин Лакк прижал ее ладонью к груди, наклонил голову и заиграл, ловко перебирая отверстия пальцами. Ур Фта вздрогнул, как натянутая тетива, но поборол себя и продолжал сидеть неподвижно, одной парой рук обхватив свои плечи, а другой – опираясь на правое колено.

– Что это значит, благородный Ур Фта? – спросил удивленный Кин Лакк, прервавшись. – Почему ты не двигаешься?

– Это значит, – ответил Ур Фта, гордо вскинув слепое лицо и положив ладонь на рукоять меча, – что наследник Син Ура сам выбирает свою дорогу.

Никогда и никому не удастся подчинить себе его волю.

– Ты настоящий воин, – произнес Кин Лакк, придав твердости своему хриплому голосу. – Ты сын своего отца. Поверь, я и не думал подчинить твою волю себе. Да ты и сам теперь доказал, что это невозможно. Напротив, я готов тебе подчиняться. Я стану служить тебе глазами в любом сражении, да так, что ты, слепой воин, станешь непобедимым.

– Хорошо. Но как быть с твоею ненавистью к крианам? Ведь я не собираюсь сражаться с ними. Между нашими царствами давно установился мир.

– Сегодня мир – завтра война. Я потерплю, благородный царевич. Думаю, осталось недолго. Что-то мне подсказывает, что встретились мы недаром.

– Хорошо, – повторил Ур Фта, поднимаясь и старательно скрывая охвативший его радостный трепет. – Я принимаю твое предложение.