Пани Ка

Люди тоже, заметь, в определенные моменты идут на риск, спасая своих вождей (всегда надеясь выжить, между прочим), но разве можно это назвать любовью? Ты говоришь, кошка котят спасает… Как бы это цинично ни звучало, но когда кошка спасает котят и когда кот трахает мёртвую самку на дороге – ими движет одно и то же. И только мы, люди, наделённые тем внутренним светом, который отличает нас от животных, способны разделять эти полностью противоположные действия. Мерзость или красота – это лишь наша нравственность, но животными руководит всего-навсего низкий инстинкт, но всё-таки не любовь.

– М-да, Рустэм… Ты сейчас просто стираешь во мне то, что делает меня человеком! – иронично заметила Нина. Рустэм рассмеялся:

– А ты в чем-то права! Поэтому иногда нам не нужно много думать. Нужно просто соблюдать закон! В данном случае – убивать нельзя, какие бы уродливые формы ни принимала жизнь.

Асфальт был разбит, поэтому Рустэм ехал медленно, объезжая каждую яму. Минут пять оба молчали, и экстрасенс ощутил какой-то сгусток напряжения.

Будто они всё больше удалялись от реального мира. По обе стороны тянулись ровные ряды молодых берёз. Свет фар выхватывал их из темноты, словно строй инопланетных магов в белых балахонах. Неестественно высокие и тонкие фигуры, безучастные к тому, что двигается по дороге, казалось, лишь еле слышно перешептывались без каких-либо эмоций. Их блеклые одежды легко шевелил ночной ветерок. Существа не от мира сего, которым безразличны земные создания с их страданиями, как будто выжидали момента, чтобы выполнить свою таинственную задачу, готовясь нанести смертельный удар.

Рустэм с нарастающим изнутри страхом смотрел на ряды берёз, не понимая, что именно его пугает. Через несколько минут дорога закончилась небольшой площадкой, по краю которой, словно стражи, стояли несколько старых клёнов. Экстрасенс развернулся по кругу и остановился, осветив фарами ворота и за ними усадьбу пани Катерины.

– Это её дом? – воскликнула Нина сзади.

Рустэм склонился к рулю, разглядывая владения клиентки.

– Угу.

– Ничего себе!

Дом Катерины оказался не простым – это была настоящая дворянская усадьба, принадлежащая когда-то польскому роду. Возможно, и сам городок образовался из некогда принадлежащего этому роду села. Фасад серого, потертого здания по краям украшали две башни с конусообразными крышами. В двух окнах второго этажа за занавесками теплился красновато-желтый свет.