Жизнь – сложная штука. Рассказы

Долг платежом красен. Она уже ходила в магазин, смотрела пальто.

Где-то полвосьмого пришел мастер, опаздывал, она стояла у конторки, ждала

– Аркадий Иванович… – и она все в конторке рассказала про картошку, про машину, про Шумова.

Аркадий Иванович, полный, в годах мужчина, внимательно, очень внимательно выслушал и что-то решал для себя, был озабочен.

– Не могу я его отпустить, – был ответ.

Она растерялась.

– Но почему? – хотела бы она знать. – У Шумова нет срочной работы.

– Не могу я его отпустить.

Завод – не частная лавочка, – Аркадий Иванович смотрел в сильно накрашенные глаза кладовщицы и хотел быть понятым, чтобы без обиды. – Что люди скажут? Кроме того, у него есть работа, и он должен ее закончить.

– Но работа у него не срочная.

– При чем здесь срочная, не срочная? Если каждый будет распоряжаться, выходить человеку на работу или нет, что тогда будет? Хаос.

– Он отработает потом, – не отступала она, добивалась своего.

– Не могу я его отпустить. Иди к начальнику цеха. Если он разрешит, тогда другое дело.

Аркадий Иванович сказал все. Она выскочила из конторки. «Не мог отпустить! Других отпускает. Как ты, так и я тебе буду делать. Подойдешь ко мне за чем-нибудь…» – хотела она все это сказать мастеру – и сказала бы, задержись в конторке. Она уже боялась, что и начальник не отпустит Шумова, и тогда все пропало с картошкой.

Начальник был у себя в кабинете, что-то писал.

– Мастер разрешил? – спросил он, когда она кончила говорить.

– Нет.

– Значит, работы много.

– Но Аркадий Иванович сказал, если вы отпустите, он не против.

– Работы, моя милая, много, – начальник цеха взял со стола папку с бумагами и потряс перед собой. – Текущий ремонт, внеплановый ремонт… Работы много

Начальник цеха уткнулся в бумаги, давая понять, что разговор закончен.

С повлажневшими глазами вышла она из кабинета начальника цеха.

– Не отпустил! – зло бросила она на ходу Шумову, стоявшему в коридоре в чистом

Она закрылась у себя на складе, грудью упала на стол и разревелась.

Рабочие, проходившие мимо склада, останавливались; кто-то стучал в дверь, заглядывал в замочную скважину. «Не отпустил! Ну и пусть! Попросят еще меня залезть на кран. Я им тоже скажу…» – и она живо представила, как мастер просит поработать на кране, а она в ответ: «А когда я вас просила…»

С полчаса она рыдала и обиду затаила на мастера немалую.

Носатый

Он вышел из дома пройтись, а еще на людей, девок, посмотреть, себя показать.