Жизнь – сложная штука. Рассказы

Следователь, – не без гордости представил мужчина в тельняшке Николая Виктору.

– Очень приятно.

– Взаимно.

Я ничего не понимал: Николай не дослужился до капитана. Он был лейтенант, в лучшем случае старший лейтенант, но не капитан. Года два-три он проработал в следственном отделе, потом был уволен: что-то натворил пьяный. Капитан… Была какая-то ошибка.

– Утром ко мне двое приходили за «пушкой», просили продать, – рассказывал мужчина в тельняшке. – Отправил я их обратно. А чего мне бояться? Я вооружен.

Есть у меня пять пуль. Пусть попробуют сунуться.

– Правильно. Не отдавай «пушку». Не отдавай! – был Николай категоричен. – У тебя «макаров»?

– «Макаров», – нехотя ответил мужчина.

– Не отдавай! Смотри не отдавай! – строго-настрого наказывал Николай.

– Вон опять мой покупатель пришел, – кивнул мужчина в тельняшке на парня в широкополой шляпе у «Госстраха».

– Да, погода-то какая, – срочно поменял Николай разговор. – Золотые деньки.

– На рыбалку бы сходить, – бросал мужчина в тельняшке настороженные взгляды в сторону парня в широкополой шляпе у «Госстраха».

– Ну ладно, пока, – поднял Николай здоровую руку.

– Пока.

Отойдя на приличное расстояние от «Госстраха», Николай повернулся ко мне и быстро заговорил:

– Еще в какую-нибудь историю влипнешь. От греха – уйти. Интересно, что они там делают. Не оглядывайся. У меня много знакомых в городе.

Я не понял, зачем мне Николай говорил про знакомых. Николай достал из заднего кармана брюк сигареты.

Больная рука его мелко дрожала. Спичек не было. Я не курил.

– Молодой человеке, – подняв больную руку, обратился Николай к встречному. – У вас не найдется прикурить?

Молодой человек оказался знакомым Николая. Но разговор не получился. Молодой человек торопился.

Я был лишним, не у дел. Николай точно во мне не нуждался. Я замедлил шаг, отстал. Николай опять просил меня проводить. Мы вышли к автосервису и расстались.

Легкий ветерок. Не холодно, не жарко. Чудесно.

Я оглянулся: Николай, смешно елозя больной рукой вдоль туловища, выходил на Комсомольскую площадь. Шел он быстро, пристально вглядываясь в лица прохожих.

Нервы

С каким бы удовольствием он запустил будильником в стенку, чтобы рано не вставать! Но будильник здесь был ни при чем. Надо было на что-то жить: платить за квартиру, питаться – значит, работать. Так уж устроен мир, что без работы нельзя. Конечно, можно и не работать, если есть на что жить.