Жизнь – сложная штука. Рассказы

Свободный столик – это была роскошь. Все хотели бы обедать, чтобы никто не мешал. На гарнир была опять крупа.

Раздатчица, полная женщина с непомерно широким задом, выхватила из рук чек с обедом. «Зачем злиться? Зачем так делать?» – не понимал он. Он ничего плохого не сделал. Конечно, бывает такое, что без всяких на то причин человек антипатичен, он по себе это хорошо знал. Освободился столик у окна. Его занял парень с недовольным лицом. Он обедал с рабочими из электроцеха, их было двое за столом. Он за считанные минуты расправился с обедом – и скорей на улицу, закурил.

В цех! За расточным станком стояла скамейка, он после обеда там лежал, отдыхал.

«Нехорошо все как-то получилось, – лежал, думал он. – Эта очередь. Грязная, чистая половина! Это бегство из столовой». До конца обеда было еще 4 минуты. Сиверцев уже был на рабочем месте. Он тоже встал за станок. Работы было на полчаса, а что дальше делать, он не знал. Конечно, работу можно было найти – к примеру, уборка или другие хозработы. Такое практиковалось в цехе.

Это было несерьезно, он не хотел бы на хозработы. В два часа появилась работа, много работы, не на одну смену. Он не отходил от станка, работал как заведенный. Когда есть дело – время летит. Он не мог дождаться конца смены. Домой! Домой! Он не помнил, когда хотел на работу – домой же рвался всегда. Молодым он думал, что работа – это все, без работы человек не человек. Оказалось, все гораздо проще, приземленней: работа – всего лишь средство к существованию, не более.

И вот застучала лопата о половую плитку, Уборка! Конец смены! Домой! Радоваться бы, он так хотел домой, но радости не было; и он догадывался, отчего так: опять тесная душевая, всем надо быстрее.

Не жизнь, а марафон! Он не хотел быть первым, но и последним – тоже.

Без пяти минут пять у зубодолбежного станка, у входной двери по одному, по двое собиралась смена. Без двух минут пять уже все собрались, выжидали время… Еще минута и – можно идти. Давыденков, мастер, стоял рядом, следил, чтобы раньше никто с работы не уходил, а если кто и сбегал, он много не разговаривал, сразу лишал премии.

Терять же в зарплате никто не хотел. 59 минут…

– Пора! – во всеуслышание объявил Генка, слесарь, и направился к двери.

Станочники ринулись следом. Это был как старт. На улице потеплело, ветра не стало. По одному, группами потянулись рабочие из цехов в бытовую. Всем надо быстрее, как утром в час пик.

Все хорошие места: вторая от двери лейка, восьмая, угловая – были заняты.