Код Независимости

Каково же было ее удивление, когда она стала перебирать все подушки на диване, они все оказались неподъемными и тяжелыми.

Валентина пребывала в недоумении. Что означают эти новые перемены, в любимой и всегда услужливой атрибутике?

Валентина подошла почему-то к зеркалу. Зеркало было большое, в потолок. Валентина внимательно посмотрела на себя. Она даже скинула халатик, напрягла хлипкие свои бицепсики. Их не было видно. Руки выглядели чуть дряблыми и какими-то уставшими. Валентину это огорчило, она пошла на кухню, налила в чайник воды.

И тут опять – рецидив. Она с трудом удержала чайник, едва донеся его до электрической подставки. Таким показался он тяжелым.

Приготовив себе сырный бутерброд к чаю, Валентина попыталась проанализировать случившееся. Что это, когда любимые твои предметы, служки твои, вдруг стали совсем непривычно тяжелыми?

Ответа она не находила. И объяснить эту странность не могла.

Чтобы отбросить досадные суждения, Валентина решила съездить куда-нибудь.

Выбор был небольшим. Или к матушке, или к единственной подруге Нике. Ника, которая знала всё. Или почти всё. Она всегда оглушала сильным своим низким голосом и всегда убеждала своего собеседника в его неправоте.

Матушка жила далеко, и потом, чтобы ехать к ней, нужно было зайти в фирменный магазин “Океан”. Матушка обожала свежую рыбу. Удивительно фаршировала щуку и любила звать гостей именно на это щучье блюдо. Любила и свежего карпа приготовить. Умела быстро и вкусно приготовить.

И Валентина отменила визит к матери, она не представляла себе разговор с ней о какой-то тяжести в подушках.

Матушка объяснит всё усталостью и плохим питанием. И нагрузит её пузырьком с витаминами и всякого рода биодобавками.

И Валентина поехала к подруге Нике. И очень получился кстати её неожиданный визит. У нее в гостях были ребята аспиранты с ее кафедры. Умные, милые и чуть строгие, они распространяли вокруг себя ареал интеллектуальности и образованности, в котором, похоже, они всегда находились.

Ника тоже была слегка в приподнятом над бытом настроении.

Она легко и уютным голосом представила Валентину гостям.

И вечер удался. Говорили много и обо всем. Перебивали друг друга, то и дело бегали на кухню за вскипевшим очередным чайником. Пили и вино, ели пиццу. Один из гостей, сидя напротив Валентины, был немногословен, и очень вежливо иногда задавал вопросы ей. Та, с какой-то несвойственной ей готовностью, отвечала.