Дарлинг

* * *

Однажды вечером, когда Агнесса сидела в гостиной на диванчике с круассаном и чашкой чая в руке перед включённым телевизором, а Тоня в своей комнате – над учебниками, раздался вдруг громкий вскрик Агнессы и затем её возбужденный призыв:

– Тоня, беги сюда! Твой папаша объявился в телевизоре!

Обомлевшая Тоня кинулась в гостиную, к телевизору.

На экране она увидела человека с волосами припорошенными сединой, но с ясным лицом, без морщин и мешочков под глазами, твёрдым подбородком и немного ни то усталыми, ни то печальными глазами.

Правда, галстук и воротник рубашки заслоняли шею, не давая рассмотреть родимое пятно. Но все равно Тоня тут же «узнала» его, легко заместив придуманный образ реальным.

Телеведущая, нарядная, умело нагримированная, с явным удовольствием объявила, что вот удалось пригласить на передачу замечательного человека, известного бизнесмена, создавшего фирму по производству медицинских инструментов и аппаратуры – Королькова Сергея Павловича.

У Тони радостно забилось сердце:

Ура! Она узнала имя отца и своё настоящее отчество!

Оказалось, что отец ни в какой загранице не жил, и фирму основал в одном из уральских городов!

Но о своей фирме он говорить ничего не стал.

Он вздохнул и сказал, что есть вещи и поважней.

В прошлом году у него погиб сын-подросток, ввязавшись в спор с одноклассником: у кого отцовская тачка круче. Оба взяли без спросу из гаража автомобили, хотя навыков вождения было ещё мало, и устроили гонку, кончившуюся трагически… И это, к сожалению, не единичный случай, когда дети состоятельных родителей гордятся и хвастаются причастностью к особой среде – к среде богатых, а значит «верхушки».

И как печально, что только после такого трагического происшествия он понял, что новое поколение считает, будто назначение человека – стать богатым и влиятельным, то есть которым всё можно, иначе жизнь прожита зря.

Что дело не просто в упущениях воспитательных каких-то отдельных семей.

Все сложней, масштабней, глубже. И не пора ли задуматься о глобальном – о переходе от техногенной цивилизации к антропогенной, то есть такой, где люди станут трудиться не для того, чтобы обогащаться, иметь непомерные излишки и баловать себя ими, как вздумается, а сделать похвальной и разумной целью массовый поиск смысла жизни – в творческой активности, поисках своего настоящего жизненного назначения.